— Нутро подсказывает, что дело нечисто, — подытожил я, пнув попавшийся под ногу камешек.
Выслушав меня, Ирен поёрзала в седле, словно оно вдруг стало жёстким.
— Думаю, нам стоит с ней поговорить прямо сейчас, — решительно произнесла она. — Если Мэриголд действительно так расстроена или напугана, как ты говоришь, я сомневаюсь, что она просто легла спать. Девушки в таком состоянии заснуть не могут, Артём.
— Справедливо, — кивнул я.
Вся эта ситуация смердела неприятностями, а я ненавидел оставаться в неведении, когда дело касалось безопасности моего клана и дома.
Наша группа уже успела разделиться. Это произошло как-то буднично, без долгих прощаний, как бывает у опытных бойцов после тяжёлой работы. Харальд, наш маг, отправился в долгий путь к своим землям на границе, семейный долг звал его громче, чем отдых. Ванесса же, махнув нам рукой, свернула в сторону трактира на окраине Диких Земель, решив, что ей нужна приватность съёмной комнаты, так что к воротам мы подходили вдвоём с Ирен, окутанные тишиной наступающей ночи.
Впереди тёмным силуэтом на фоне звёзд возвышалось поместье Феникс, мой дом, моя крепость и моя головная боль. Дымок, почуяв родные стены, вопросительно глянул на меня. Я мысленно дал добро, и раптор, радостно зашипев, сорвался с места. Он умчался вперёд, чтобы занять своё законное место в уютном утеплённом вольере и наконец сожрать заслуженный ужин.
Я же сделал глубокий вдох, готовясь к тому, что спокойной ночи у меня сегодня, похоже, не предвидится.
Как и предсказывала Ирен, в окнах поместья ещё горел свет. Более того, Мэриголд не просто не спала, она встретила нас прямо в прихожей, едва мы переступили порог.
— Как всё прошло, господин? Госпожа? — её голос дрожал, а руки суетливо тянулись к нашим застёжкам, помогая избавиться от тяжёлой зимней одежды.
Я переглянулся с женой. Ирен выглядела уставшей, но в её взгляде читалось то же беспокойство, что и у нашей горничной. Стряхнув с плеч снежную крошку, я кивнул в сторону большого зала, откуда тянуло слабым теплом.
— Давай не здесь, пойдём в гостиную, отогреемся у камина. Есть разговор.
Мэриголд напряглась ещё сильнее, её пальцы нервно затеребили передник, но спорить она не стала. Мы прошли внутрь. В камине тлели лишь красные угольки, едва освещая комнату, поэтому я первым делом занялся огнём. Бросив пару сухих поленьев, разворошил угли кочергой, и вскоре пламя занялось, жадно облизывая древесину. Приятный запах дыма и смолы немного вытеснил холодную тревогу, принесённую с улицы.
Всё это время Мэриголд металась по комнате, словно зверёк в клетке, туда-сюда, от окна к дивану. Розовые волосы, ниспадающие до самых пят, шёлковым шлейфом вились за ней при каждом резком повороте.






