ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Беда нагрянет всегда внезапно, и хуже всего, что она почти никогда не приходит одна. Жизнь превращается в сплошное напряжение, и в итоге остаётся лишь надеяться, что тёмная полоса закончится. Но Андрей и Мирон ждать не привыкли. Искра Бога Евгений Прядеев Беда нагрянет всегда внезапно, и хуже всего, что она почти никогда не приходит одна. Жизнь превращается в сплошное напряжение, и в итоге остаётся лишь надеяться, что тёмная полоса закончится. Но Андрей и Мирон ждать не привыкли. ==================== Глава 1 Глава 1 Если немного пофантазировать, то может показаться, что человек с разорванным от уха до уха горлом улыбается. Широкой и очень жизнерадостной улыбкой! Мысль, конечно, как минимум, странная, но ничего другого в голову не приходило. Меня вообще никак не отпускало ощущение какой-то нереальности происходящего. Пять часов утра. Я в ста километрах от МКАД в лесу с мокрыми от утренней росы кроссовками и диким желанием спать. А тут ещё и мужик этот улыбается. Самая прекрасная картинка для похмельного начала дня. Вообще-то сегодня утром я абсолютно никуда не собирался. Ко мне в гости приехали два бывших сослуживца и за воспоминаниями совместной службы мы как-то незаметно загудели глубоко за полночь. Нет, вы не подумайте, всё было более, чем прилично, даже за добавкой никто сбегать не порывался. Ящика привезенного с собой Кизлярского коньяка вполне хватило, чтобы Светка удивленно округляла глаза с каждой следующей опустевшей бутылкой, а я ложился спать с ощущением расслабленн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вариантов, что пришёл кто-то другой, попросту не было, Мирон, Мерзкий или Эдик обязательно позвонили бы…

Посмотрев на автомате в дверной глазок, я очень удивился. Потом сложил два и два, и повернулся к вышедшей вслед за мной в коридор Светке.

— Позвони Эдику. Если не дозвонишься ему, то Мирону. И ни о чём не беспокойся!

----------

Глава 7

Глава 7

— Ну что, Винокуров, допрыгался?

Ну наконец-то пошла хоть какая-то движуха. Я просидел в этой комнате с прикрученным к полу табуретом уже очень долго. Наверняка больше трёх или четырёх часов, и, если честно, порядком заскучал. Почему-то мне казалось, что Эдик или Мерзкий должны появиться гораздо раньше. По крайней мере, думать о том, что Светка им не дозвонилась, мне абсолютно не хотелось.

Комната, в которую меня посадили, оказалась покрашена в унылую серую краску. Под потолком болтается лампочка на шнурке. Два стула, прикрученных к полу, между ними массивный железный стол, естественно, тоже надежно укрепленный. Самой выдающейся деталью обстановки было массивное железное кольцо, приваренное точно посередине стола, и я никак не мог придумать его предназначение.

А ещё отчаянно хотелось спать. Пару раз я даже задремал, но вряд ли сумел отключиться особо надолго. Первый раз меня разбудил вопль какого-то пьяницы, оравшего на всю округу, что танкисты не сдаются, а второй раз я проснулся от настойчивого звонка мобильного телефона.

Причём, судя по всему, противная мелодия помешала не мне одному, потому что чей-то раздражённый голос в очень витиеватых выражениях объяснял, куда нужно засунуть эту звонилку.

Часы у меня отобрали, но и так было понятно, что время уже приближалось к утру. В коридоре захлопали двери, слышались чьи-то голоса…

Светка, наверное, дома с ума сходит. Пришёл домой, грязный и весь в крови, принял душ и опять исчез непонятно куда. Ещё и телефон выключен…

В какой-то степени мне даже было стыдно за эту ситуацию. Светлана занимает слишком большое место в моей жизни, чтобы я мог относиться к её чувствам и переживаниям так наплевательски. Но, положа руку на сердце, стоит признать, что сейчас сидеть в отделе полиции мне гораздо комфортнее, чем находиться дома.

Света неосознанно подошла к очень опасному и сложному вопросу. Я и сам много раз думал, как открыться до конца и признаться, что она живет с оборотнем. Придумывал десятки ситуаций и сотни раз репетировал наш разговор в голове, но ничего путного до сих не придумалось. Я боюсь элементарного. Мне страшно от мысли, что мои девчонки могут уйти, не желая жить рядом со зверем, пускай и в человеческом обличье.

Понятное дело, что этот разговор рано или поздно всё равно должен будет произойти, но как по мне, лучше всё-таки позже, чем раньше.