ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот и продолжение пути Виктора Жохова. Знаменитый китобой — в огне войны! Повествование о человеке наших дней, закинутом из своей эпохи на китобойное судно, в самый пик охоты, в дружную команду советских промысловиков. И не имеет значения, что море тебе противно: на суше ты окажешься лишь спустя 8 месяцев, по окончании путины. Герой вписался в новый мир, определил своё место, но судьба распорядилась так, что война вырвала его из привычного уклада, оторвала от семьи и дома. Все совпадения — плод случая, искажения — умышленны. Я не стремлюсь в точности повторить славный путь флотилии. Считайте, что это иной мир, а история — вымысел автора.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но всё равно, сбрасывать его со счетов нельзя, хоть он и не соперник «Диксону».

— Топим⁈ — это Шамкий, который принял у меня командование кораблём.

— Отставить! — я задумался буквально на несколько секунд — шлюпки и вельботы правого борта, на крейсер противника! Попробуем захватить. Если откроет огонь, или хотя бы шевельнёт стволами, топи его к херам собачим Николаич! Всё, я пошёл, план менять не будем. Следи за ним Николаич, не дай стрелять по тральщикам! Удачи!

— Есть! — Шамкий сосредоточен — это будет его первый бой в качестве исполняющего обязанности капитана «Диксона», но он опытный командир и знает куда как больше меня, а значит должен справится — пункту управления огнём, рассчитать координаты для стрельбы по крейсеру противника, передать целиуказания в башни!

Не теряя времени, я бросился на выход. План менять нельзя, у нас всё рассчитано на внезапность.

Шлюпки уже болтались за бортами, идущего полным ходом «Диксона», скоро мы войдём в гавань и тогда крейсер снизит скорость и десант сможет «приводнится» и уйдёт уже в самостоятельное плавание. Я по штормтрапу перебрался в вельбот и принял из рук своего адъютанта автомат с вещевым мешком. Всё, я готов!

Тральщики на полном ходу, огибая по широкой дуге стоящий на якоре крейсер японцев, ворвались в порт и с ходу стали швартоваться к причалам, на полпути обрубив тралы, что бы они не запутали винты. Первая волна десанта посыпалась на берег.

Над головой грохнуло так, что у меня заложило уши и я на время оглох. «Диксон» открыл огонь. Я, морщась от боли перевёл взгляд на японский крейсер. На его носу разгорался пожар. Вскоре я понял и причину, по которой Шамкий приказал открыть огонь. Зенитная батарея на надстройке крейсера зло плевалась вспышками выстрелов, выбрав своей целью самый ближний к ней тральщик. Расстояние плёвое и все снаряды шли в цель. Я закусил губу, десант ещё не высажен, а значит потери будут большими. Тральщик же упрямо шёл к пирсу, отвечая японскому крейсеру огнём из всех орудий и пулемётов. Грохнул второй выстрел и надстройку лёгкого крейсера заволокло дымом, стрельба прекратилась.

— Отчаливаем! — приказал я. Вельбот ударился дном о воду и его двигатель тут же завёлся, относя хрупкий катер от стального борта крейсера.

Через двадцать минут я выбрался на причал. В городе слышалась интенсивная стрельба, но порт мы похоже уже контролировали. На рейде, затянутый дымом вражеский корабль облепили шлюпки с абордажными командами, и мои моряки штурмовали высокие борта крейсера с помощью подручных средств. Со стороны порта было хорошо видно, что штормтрапы на корабле не были убраны, так что моим парням есть чем воспользоваться для подъёма на борт.