— Есть! — после штурма жандармерии и моего «пенделя», капитан преобразился, он больше не похож на растерянного и испуганного, теперь это снова уверенный в себе командир. Он сам с отделением солдат и с красным флагом напереревес уходит в здание и уже через несколько минут флаг развивается над администрацией острова.
— Переводчика вызывали? — странный моряк в очках и с щуплой фигурой оказывается передо мной. Переводчик больше похож на студента университета, чем на бойца, и докладывает о своём прибытие совсем даже ни как военный. Хотя вся необходимая атрибутика морского пехотинца на нём присутствует. За плечом автомат, на поясе нож и подсумки, и он явно участвовал в бою.
— Ты переводчик? Хорошо! Опросить всех японцев в префектуре, найти мне там самого главного засранца! Быстро только! — ругать этого явно мобилизованного моряка я не стал, сам недавно таким был.
Красный флаг над зданием администрации привел японцев в ярость. От куда-то, с какой-то явно необнаруженной нами ранее батареи, начался артиллерийский налет по центру города. Когда он прекратился, самураи пошли в наступление. Снова разгорелись уличные бои.
Группа Орлова контратаковала японцев. Морские пехотинцы уходят вперед, перед префектурой остаюсь только я и отделение охранения с легкоранеными. А между тем из здания выгнали человек двадцать японцев и среди них два офицера! Вначале они ничего не предпринимали, покорно выполняя команды переводчика, но распознав во мне командира, оба японских военных преобразились. Стоявший ближе ко мне офицер побагровел, выхватил меч и кинулся в атаку. Я аж растерялся, и даже предпринять ничего не успел. Удар сабли пришелся по стволу автомата, я выставил его перед собой инстинктивно. Противно лязгнув, лезвие завязло в прикладе, а мичман, командир моего охранения, ударом приклада сбил японца с ног. Другой офицер тут же поднял руки. Набросившиеся на японские офицеров, бойцы мгновенно избавили их от холодного оружия.
— Вот же ж мать их за ногу, падлы какие! — мичман со злостью пнул сапогом по рёбрам начавшего приходить в себя японца, которого недавно приголубил прикладом — извините тащ капитан первого ранга, недоглядел.
— Херово! Ты мичман вообще мышей не ловишь! — я всё никак не могу отойти от внезапного нападения. Руки трясутся, зарубка на прикладе автомата вышла знатная. Хоть и маленького роста офицерик, но ударил от души, если бы по голове попал, я бы точно не выжил — а если бы он этой зубочисткой во мне дырку проковырял⁈ Лучше пленных обыскивайте! Какого юха с них мечи не сняли⁈
— Второпях зивнули… — оправдывается мичман — может его в расход?
— Допросить! Кто такие, чего тут делали, где мать его штаб и командующий! — отмёл я такое заманчивое предложение. Пристрелить засранца прямо руки чесались.






