ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Почти сто лет длилась мировая охота на китов. К ней можно относиться по-разному: кто-то клеймит промысловиков, кто-то их защищает. Факт остаётся фактом — из-за человека величайшие создания планеты оказались на грани исчезновения, а некоторые виды потеряны насовсем. Впрочем, у этого ремесла имелись свои герои, даже удостоенные звания Героев социалистического труда! Здесь описана судьба нашего современника, которого перенесло из его дней на борт китобойного судна в разгар сезона, в слаженный экипаж советских охотников за китами. И плевать, что ты не выносишь моря — на берег попадёшь только спустя 8 месяцев, когда путина завершится. Совпадения случайны, искажения намеренны. Я не собираюсь пересказывать дословно всю историю флотилии. Воспринимай этот мир как параллельный, а сюжет — как художественный вымысел.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Китобой

Андрей Панченко

Почти сто лет длилась мировая охота на китов. К ней можно относиться по-разному: кто-то клеймит промысловиков, кто-то их защищает. Факт остаётся фактом — из-за человека величайшие создания планеты оказались на грани исчезновения, а некоторые виды потеряны насовсем. Впрочем, у этого ремесла имелись свои герои, даже удостоенные звания Героев социалистического труда!

Здесь описана судьба нашего современника, которого перенесло из его дней на борт китобойного судна в разгар сезона, в слаженный экипаж советских охотников за китами. И плевать, что ты не выносишь моря — на берег попадёшь только спустя 8 месяцев, когда путина завершится.

Совпадения случайны, искажения намеренны. Я не собираюсь пересказывать дословно всю историю флотилии. Воспринимай этот мир как параллельный, а сюжет — как художественный вымысел.

====================

Глава 1

Глава 1

— Живодёры проклятые! Ну ничего, мы им покажем, они ещё узнают, как в наш порт заходить! — Ленка шипела как змея, с ненавистью глядя на приближающийся корабль, расцвеченный яркими огнями, на корме которого развивался белый флаг, с красным кругом по середине.

— Да-да, мы не хуже Гринписа сработаем, о нас тоже заговорят! — вторил ей кучерявый и нескладный Борис, подслеповата щурясь. Ночь на дворе, а Борька в огромных очках. Смотрел всё же Боря больше на фигуристую брюнетку, которая с бутылкой масленой краски, устроилась на носу моего катера, чем на застывшего на рейде японского китобойца.

— Только давайте быстро. Кидайте свои бутылки, и ходу оттуда — энтузиазма зоозащитников я не разделял, но чего только не сделаешь, если тебя просит красивая девушка, подкрепляя свою просьбу не только поцелуем в щёчку.

— Испугался? — презрительно и высокомерно говорит мне Боря, красуясь перед девушкой. Не по комплекции быкует псина, отрихтовать бы ему ребра, но я отвечаю предельно вежливо, всё же он Ленкин друг и имеет на неё определенное влияние.

— Нет Боренька, просто присесть не хочу. На борту катера номер написан, и его можно легко запомнить. Вам то, что, спрыгнули с лодки, и хвостов к вам никаких нет, а эта посудина на меня зарегистрирована.

— Мы прятаться не собираемся, пусть все знают, что это мы сделали! — продолжает выезживаться Боря, сам не зная, по какому тонкому краю ходит. Моё терпение не безгранично, а учитывая то, что я сейчас на нервах, то Боре несказанно повезёт, если я не сорвусь.

— Павлик, мы только тихонько подойдем к заду этой лодки и повесим наш плакат и верёвку на винт ему намотаем, чтобы он в рейс не вышел — разговаривая со мной, Ленка сменило своё злое шипение, на медовый голосок — спасибо что помогаешь нам.

— К корме… — автоматически поправляю я — и не к лодке, а к гарпунному судну.