ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Казалось, до победы рукой подать, но судьба распорядилась иначе. Началось нашествие роя, и содружество захлестнуло пламя войны. Татьяна пошла на предательство, и Алек Сей угодил в плен. У вершителей судеб на него имеются собственные расчёты. Но когда знаешь, чего добиваешься, отыщешь и способ. Требуется немногое: выбраться из гибельной западни и сделаться мощнее. Заставить окружающих уважать себя и превратиться из пешки в ферзя на игровом поле. Клан Антон Русич Казалось, до победы рукой подать, но судьба распорядилась иначе. Началось нашествие роя, и содружество захлестнуло пламя войны. Татьяна пошла на предательство, и Алек Сей угодил в плен. У вершителей судеб на него имеются собственные расчёты. Но когда знаешь, чего добиваешься, отыщешь и способ. Требуется немногое: выбраться из гибельной западни и сделаться мощнее. Заставить окружающих уважать себя и превратиться из пешки в ферзя на игровом поле. ==================== Глава 1 Глава 1 Пролог Ярко-оранжевое солнце поднималось из-за далекого горизонта, силясь разогнать утреннею мглу. Плакучие ивы полоскали ветви в прозрачной как слеза воде. Шумел камыш, разросшийся по берегу таежной речки. Легкая дымка тумана висела над покрытой мелкой рябью гладью воды и скрывала поплавки из гусиных перьев. Двое мужчин, скрывшись от посторонних глаз за плотным кустарником, тихо беседовали, не отрывая глаз от водной глади. Совершенно разные, они были схожи. Для стороннего наблюдателя эта схожесть была очевидна, но в то же время постоянно уск

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я и Саня шли в середине нашего строя в сопровождении небольшой гравиплатформы, нагруженной тройным запасом боеприпасов, гранат и мин. Наличие подобного арсенала стало для меня сюрпризом. Участие моих людей в операции не планировалось, и я не озаботился о подобных вещах, за что огромный минус мне в карму. Ситуацию выправил Сашка, со всей своей хомяческой настырностью впихнув в и так забитый под завязку грузовой отсек фрегата все это добро. На мой немой вопрос при выгрузке платформы он ответил коротко: чтобы было!

Замыкали процессию облаченный в тяжелый ПБС Иван и пошатывающийся Старик. Он очухался за минуту до того, как мы выступили и наотрез отказался остаться на корабле. Несмотря на мой приказ бросить СБшника, если тот отстанет, Иван периодически ему помогал, поддерживая и не давая завалиться при очередной судороге кишки, по которой нам приходилось идти.

Продвигались мы медленно. Если группа Кунта шла в одну сторону и не заботилась о пути отхода, то нам приходилось о нем беспокоиться. Периодически останавливаясь, мы минировали боковые ответвления, чтобы инсекты не смогли нас отрезать от корабля при отступлении.

До отряда сплотов мы добрались минут через десять. Все-таки далеко уйти они не успели. Все двадцать бойцов лежали на полу и не подавали признаков жизни. Метрах в двадцати впереди шел бой, сервы БРК блокировали разветвление коридора и, заняв глухую оборону, не подпускали архов к телам сплотов. Судя по отметкам на карте, получалось у них откровенно хреново. Больше половины сервов были отмечены серым как полностью выведенные из строя или мигали тревожно желтым как частично функционирующие.

— Саня, бери контроль над БРК. Ван, Кор, поддержите его огнем и дайте мне несколько минут — приказал я и склонился над телом лейб-капитана.

Кунт был жив, но без сознания. Индикаторы автодока на его броне выдавали отсутствие препаратов в картридже. Сменил картридж из своих запасов. Десяток секунд и забрало его ПБС стало прозрачным, позволив рассмотреть бледное осунувшееся лицо.

— Кунт, слышишь меня? — задал я вопрос, пытаясь оценить, насколько он способен адекватно реагировать на окружающую обстановку.

Он кивнул, давая понять, что слышит. Звуки боя тем временем усилились, похоже, архам не понравилось наше появление.

— Прими соединение в тактическую сеть — произнес я, скидывая ему приглашение.

Он принял и попытался сесть, хоть и не с первой попытки, но это у него получилось. Я же пробежался по иконкам бойцов его отряда. В живых кроме Кунта значились четверо, у остальных было критическое повреждение коры головного мозга. Трое находились тут же и были без сознания, а вот четвертый отсутствовал. Его отметка на карте находилась в нескольких сотнях метров от нас, где-то среди неразведанной части корабля.