ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Императором стать — пара пустяков. В короли, принцы, герцоги или Великие князья — тоже за милую душу. Немногим хуже — угодить в отпрыска богатой фамилии. Но вот когда судьба закинула тебя в тельце крепостного, да ещё шести лет от роду, которого только что, в секунду твоего вселения, забили кнутом насмерть на конюшне? И при этом ты — не отставной коммандос, не богач, успевший построить бизнес-империю до попадания, и не вундеркинд, набитый знаниями и разработками. Как долго ты сможешь выжить, прежде чем отдашь концы?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По три человека — в Швецию, в Упсалу, во Францию, в Германию и пятеро в Великобританию. А, точнее, в Шотландию. В Эдинбург. Кроме обучения в университетах по нескольким направлениям — математике, химии, физике, оптике и медицине они все должны были ознакомиться с обустройством заводского дела в тех странах, в которых они обучались, для чего все получили рекомендательные письма от ректора Эдинбургского университета и от Великого герцога Тосканского, с которым на короткой ноге был Николай Никитич Демидов… и как раз стараниями которого Даниил и лишился своих подготовленных кадров. Так что бывший трубочист сумел выбить у него подобную, так сказать, компенсацю…

Что касается другой продукции заводов — с перьями, как уже упоминалось, всё было хорошо. Более того — предлагаемый ассортимент изрядно расширился. Кроме писчих «разного виду», как было написано в рекламной брошюрке, начали выпускать ещё десяток видов плакатных и рейсфедеры. Причём, на этом расширение ассортимента не остановилось. В настоящий момент готовились к производству первые русские «готовальные наборы», а также бытовые измерительные приборы типа линеек, угольников и транспортиров. Причём в двух вариантах — металлическом и деревянном. Плюс вовсю шла работа над таким тонким измерительным инструментом как штангенциркуль. Уж им-то бывший майор, освоивший этот инструмент ещё в железнодорожном техникуме, за свою жизнь пользовался довольно много. Не столько, конечно, сколько какой-нибудь заводской рабочий, но на порядки больше среднего обывателя… Хотя о массовом производстве такого инструмента пока не могло идти и речи. Просто в данный момент в мире не имелось станков с требуемым классом точности. Так что в работе пока были исключительно экспериментальные образцы, изготавливаемые исключительно вручную и с индивидуальной подгонкой каждой детали. Но если бы не личное участие Кулибина, даже этого бы не получилось. Дед реально имел золотые руки и очень-очень-очень светлую голову.

Ну и с производством керосиновых ламп дело так же потихоньку налаживалось. Пока сосредоточились на производстве только самых дорогих вариантов, потому как до ввода в действие ректификационной колонны на новом заводе в устье Мги керосин производился только на, по существу, кустарно-лабораторной установке, представлявшей из себя этакую помесь между привычным европейским (или, если уж быть исторически точным — арабским) аламбиком, самогонным аппаратом и «чеченским самоваром» в объёме всего около пятнадцати вёдер в день. Причём пять вёдер бывший майор оставлял для заводских и собственных нужд…

Ну да — собственных. В этом году он построил-таки себе дом. Двухэтажный деревянный особняк в русском, так сказать, «теремном» стиле.