ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очнувшись после крушения самолёта, военный пилот обнаруживает себя в лазарете — и в чужом теле, теле поручика авиации. На дворе 1914 год, до начала Первой Мировой остались считанные месяцы. Нужно срочно осваиваться в этой эпохе и отвечать на её вызовы поступками. Но прежде всего — полностью подчинить себе это тело и вернуть былые лётные умения. Мне хочется передать здесь дух и обаяние той эпохи, дать читателю прочувствовать очарование полётов на хрупкой фанерной технике, увидеть романтику неба, смелость и авантюризм первых авиаторов, прогуляться по старым улочкам. Никаких роялей и гаремов — любители такого будут разочарованы. Будет немного боёв, воздушных стычек и приключений. И снова напоминаю: это Альтернативная история! Совпадения героев с реальными людьми прошу считать случайностью.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По мне так ничего особенного, ничуть они не тяжёлые. Килограмм по пятнадцать каждая будет. Приблизительно. Чуть было именно так и не сказал. То есть собрался сказать, да вовремя спохватился. Сколько это будет в фунтах? На три умножаем? Примерно. То-то…

Механики от работы пока не отрываются, но уже любопытствуют, искоса поглядывают. Всё новое что-то в цеху происходит, хоть какое-то да развлечение. Попросил инструмент, вскрыл ящики лично, никому не доверил. Вот и они, мои долгожданные парашюты. А я думал, что они будут в дюралевом ранце. Вроде я что-то такое когда-то читал. Ошибся? Да и какая мне теперь разница? Главное, вот они — собственной персоной лежат.

Тут и механики не выдержали, собрались вокруг, столпились. Слух моментально по мастерским разлетелся. Невиданную доселе вещицу привезли, как можно пропустить такое событие?

Разобрался, что и как, прочитал прилагающуюся инструкцию, попутно обо всём прочитанном рассказываю Ичигову. Но лейтенанту моего объяснения показалось мало, попросил посмотреть, почитать. Да не жалко, пожалуйста. Передал ему типографские листочки. Иначе ведь не отвяжется. Вон его куда любопытство завело, даже из приёмной сбежал, отпросился ради такого случая. Это что, получается, их Превосходительства так и заседают до сих пор в кабинете? Встречу празднуют? А какое мне до этого дело? Никакого.

— Бумагу мне не потеряйте! — пришлось строго предупредить собравшихся. Потому как после адъютанта инструкция живенько так полетела по рукам…

Ранец и ранец, снаружи ничего особенного. Поэтому народ быстро успокоился и вскоре разошёлся по рабочим местам. Кое-как отделался сначала от самых любопытных, а потом и от старшего лейтенанта, и наконец-то остался один. Подхватил один из парашютов, забросил на центроплан, а потом и в кабину под любопытными взглядами мастеров. Что, всё ещё любопытно? Нет, чтобы помочь, подсобить. О, догадался кто-то, да уже я сам справился. Поэтому от помощи гордо отказался. Невелика ноша, если честно, да и рук не оттянет от такой малости. А мне всё польза будет да тренировка.

Положил ранец на сиденье, присел, примерился, огляделся, поёрзал. Не то. И как удачно в мастерских-то мы со своей ласточкой оказались. Потому что теперь эти оба сиденья в кабинах придётся срочно переделывать. Формовать нишу под парашюты каким-то образом. Ладно, это уже дело мастеров. Главное, грамотно задачу поставить и вознаграждением замотивировать. Тогда быстро дело сделают.

Так и поступил. Нашёл старшего инженера, объяснил ему, что и для чего нужно сделать, показал и нарисовал дополнительно на листке бумаги, как оно всё должно выглядеть в идеале, пообещал за скорость денежку и был быстро выпровожен на улицу вслед за Ичиговым.