Кто-то просто начнет безобразничать на границах принадлежащих роду земель, кто-то будет делать ставку на одного из претендентов, требуя за поддержку свою долю родовых богатств, ну и без наемных убийц, отравы и прочих прелестей смутного времени не обойдется. В худшем случае род совсем исчезнет, а его представители как жалкие попрошайки разбредутся по чужим кланам, заняв там низшее положение. Хуже всего придется детям.
— Почему детям? — перебила графского секретаря Лера. Сердце девушки болезненно сжалось. Она не понимала, при чем здесь ни в чем не повинные малыши.
— Легче всего управлять взрослыми через их детей! Неужели ты не понимаешь? — зашипела, опять не выдержав, мейсса Фырмыр, встревоженно косясь на дочь. — Я тогда отпустила Луизу потому, что сама была беременна. Я не могла больше смотреть на страдания несчастной, которая полюбила не того, кого следовало, а еще я понимала, что Гайвен, озабоченный тем, что у него скоро будет наследник, не станет скрупулезно проверять мои слова. Дети — лучший инструмент для грязных манипуляций. Любые распри в прайде означают в первую очередь смертельную угрозу для самых слабых.
— А я-то чем вам помогу? — Валерианна совсем запуталась. Судя по затихшим звукам, бой на поляне уже завершился, скоро ее начнут искать, а она так ничего и не поняла. Хорошо хоть, влюбленная парочка, зализывающая друг другу раны, вроде бы про нее забыла.
— Ваше покровительство не сможет отменить никто. Даже ваш супруг. Тем более он будет обязан поддержать вас, так как сам сделал выбор, связав себя узами не в городской ратуше, а тут, у древнего символа «решения души, сердец и обязательств». Это же не брачный алтарь, а место, где приносят и другие клятвы. Самое древнее место во всем графстве. — Рсмурс понимал, что времени мало, но старался объяснить достаточно подробно, чтобы Валерианна, не дай создатель, не решила, что ее обманывают и используют втемную.
— Танимрий женится на моей дочери и тогда сможет стать главой рода, — опять вмешавшись в беседу, торопливо выпалила мейсса Фырмыр, с тревогой вглядываясь куда-то за спину Леры. — Под покровительством вашей семьи единственное, что останется остальным претендентам, это официальный вызов по праву сильного.
Злобный оскал мьеста Рсмурса явно давал понять, что шанса не будет ни у кого. За свою Эйе он готов рвать кого угодно.
За спиной Валерианны раздалось зловещее рычание кого-то большого и очень злого, а вся троица двуликих потемнела лицом и моментально сменила облик.
Стараясь не делать резких движений, Лера чуть повернула голову, скосив глаза, после чего облегченно и почти радостно выдохнула:
— Кейтса, Берт!
— Медленно пяться к нам. — Басовитое рычание заляпанного кровью белого бинтуронга мирным назвать было сложно.






