ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Главный герой — профессиональный посредник между мирами, берущий мзду за помощь душам усопших. Но он недолюбливает чересчур любопытных типов, ведь его идеал — тихая, ничем не тревожимая жизнь. Любителям динамичных сцен читать это не стоит: зрелищных боёв и кровавых разборок не предвидится. Медиум Николай Дронт Главный герой — профессиональный посредник между мирами, берущий мзду за помощь душам усопших. Но он недолюбливает чересчур любопытных типов, ведь его идеал — тихая, ничем не тревожимая жизнь. Любителям динамичных сцен читать это не стоит: зрелищных боёв и кровавых разборок не предвидится. ==================== Глава 1 Послание Глава 1 Послание Недоставленное сообщение Вилли Ловчила вновь всех провёл — умер, тем самым подтвердив репутацию первостатейного, непревзойдённого и отъявленного плута. Шесть лет полиция готовила знаковый процесс. Четыре года в тайне собирались доказательства и следующие два года, под разными предлогами, адвокаты обвиняемого откладывали слушания. На суде присяжные, без всякого сомнения, поверили бы в предъявленное обвинение и вынесли вердикт «виновен». После такого Вилли, в первый раз за свою долгую, бурную и неправедную жизнь, отправился бы за решётку на долгий срок. Впрочем, так часто заканчивают карьеру криминальные авторитеты. Однако Ловчила вывернулся и умер раньше приговора. Главное, от вульгарного инфаркта, умудрившись упасть на каменный пол сразу после приезда в суд, да к тому же успев прохрипеть перед собравшимися журналистами и вспышками

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Медиум

Николай Дронт

Главный герой — профессиональный посредник между мирами, берущий мзду за помощь душам усопших. Но он недолюбливает чересчур любопытных типов, ведь его идеал — тихая, ничем не тревожимая жизнь.

Любителям динамичных сцен читать это не стоит: зрелищных боёв и кровавых разборок не предвидится.

====================

Глава 1 Послание

Глава 1 Послание

Недоставленное сообщение

Вилли Ловчила вновь всех провёл — умер, тем самым подтвердив репутацию первостатейного, непревзойдённого и отъявленного плута.

Шесть лет полиция готовила знаковый процесс. Четыре года в тайне собирались доказательства и следующие два года, под разными предлогами, адвокаты обвиняемого откладывали слушания. На суде присяжные, без всякого сомнения, поверили бы в предъявленное обвинение и вынесли вердикт «виновен». После такого Вилли, в первый раз за свою долгую, бурную и неправедную жизнь, отправился бы за решётку на долгий срок. Впрочем, так часто заканчивают карьеру криминальные авторитеты.

Однако Ловчила вывернулся и умер раньше приговора. Главное, от вульгарного инфаркта, умудрившись упасть на каменный пол сразу после приезда в суд, да к тому же успев прохрипеть перед собравшимися журналистами и вспышками фотокамер: «Я не виноват… Моё дело сфабриковано… Это всё клевета и происки полиции…»

Более ста папок с собранными документами, три сообщника, спрятанные по программе защиты свидетелей, тяжкий труд подразделения, специально созданного при Центральном Управлении Полиции, и огромная куча государственных денег в одночасье слились в унитаз. Полицейские ходили в трауре. Они рассчитывали на долгий, но, в конце концов, успешный процесс, а оказались в глубочайшей… луже. Особенно после напечатанных в газетах слов умирающего Ловчилы.

Счастливая вдова закатила похоронную церемонию с симфоническим оркестром, огромным, блестящим чёрным лаком, катафалком и поминками с любимыми блюдами покойного — императорскими лобстерами, трепангами, жаренными с луком, и свежевыловленными устрицами.

Много друзей умершего приехали отдать последний долг усопшему и сочли необходимым сунуть безутешной супруге пухлый конверт с некой суммой наличными. И ведь никому не было жалко! Так вовремя умереть, не сказав ни слова о коллегах, достойно всяческой похвалы.

Сейчас гости, кроме самых близких, уже разъехались, все конверты лежали вскрытыми, а их содержимое пересчитанным. Вдова же со своей младшей сестрой обсуждала планы на не столь отдалённое будущее.

В этот ответственный момент к дому подъехала старомодная, очень респектабельная, чёрная машина. Из неё выскочил одетый в ливрею водитель и открыл дверцу пассажиру в чёрной шляпе, в чёрном костюме, в белейшей сорочке с чёрным галстуком.