А ну, быстро в постель! — Она замахнулась уже серьёзно.
Я от греха подальше поскорее юркнул в землянку. Отпор ей дать можно и в нынешнем состоянии, но оно мне надо — ссориться с единственным на данный момент человеком, который способен предоставить информацию о здесь и сейчас. Помнится, в старые времена суровое отношение к детям считалось нормальным, буду выпендриваться — прибьют на фиг, и вся недолга. Если это действительно восемнадцатый-девятнадцатый век, как я предполагаю, то летать мне после выздоровления быстрее тапка.
Закапываясь в шкуры, я старательно прислушивался к громкому ворчанию местного «жандарма», а устроившись, попытался осмыслить неожиданную встречу. Самое главное из всего услышанного — тут говорят по-русски. Значит, всё же прошлое. О болезни я правильно догадался, и кризис уже миновал. Слабость ощущается, но дело идёт на поправку. А лечила меня, очевидно, эта карга, очень на ведьму похожая.
Одежда у неё, как на фотках крестьян царской России времён Николая II: серо-синяя хламида, напоминающая сарафан с кофтой, да платок этот странный. Но думаю, так одеваться могли и при вторжении Наполеона. Присутствует какая-то Машка, наверно помощница. А ещё у меня есть отец, которого побаиваются. Что ж, придётся симулировать потерю памяти. Представляться вселенцем из будущего? Ну его на фиг, сожгут или утопят по-тихому. И ведьму заодно. Зачем нам демоны? Не-е-е, нам демоны ни к чему. Аминь, буль-буль.
Мои размышления прервал приход ведьмы. Я постарался изобразить лёгкий испуг.
Подошла, посмотрела и прошипела, хитро прищурившись:
— Что, боишься?
Блин, чуть не ляпнул: «Страшнее видали». В этих потёмках её и не разглядеть-то нормально.
— В огороде зачем морковку вытаскал?
— Есть хотелось.
— Наелся?
— Нет.
— Это хорошо. Сейчас заячьих лапок сварю. А тебе поспать необходимо. — Она махнула рукой в мою сторону.
«Ага, уснешь тут в вашем клоповнике», — только и успел подумать я и… вырубился.
Разбудил меня божественный запах мясного супа. Открыв глаза, столкнулся взглядом с внимательно наблюдавшей за мной давешней тёткой. Чёрт, что-то слишком уж пристально она меня рассматривает. Не к добру это.
— Ты другой стал.
Во, бляха-муха, рентген на ножках на мою голову выискался. Держись, Саша, иначе расколет тебя ведьма до самой задницы, а там и до безвременной кончины недалеко.
— Что ж в тебе изменилось? Не пойму я.
Нужно что-нибудь сказать, отвлечь как-нибудь.
— Я ничего не помню.
Голос у неё из задумчивого стал немного испуганным.
— Совсем ничего?
— Не знаю.
Она наклонилась ближе и требовательно спросила:
— Отца, мать?
— Не-е-ет.
— Обманываешь, — прищурилась ведьма.
Оба-на, она ещё и детектор лжи ходячий! Мне следует врать ей о-очень осторожно, а лучше совсем не врать.
— Сеструху помнишь? Вчера за тобой убирала.
— Не-е-ет.






