Эхекка и Энзи рухнули на землю, тяжело им далось последнее бревно, которое они только оттащили к реке. Да и жарко, лето все-таки.
— Подождем этого Рэту, пусть поможет нам дерево до реки таскать,— высказал общее мнение Энку.
Андрей промолчал, по его договоренности с Эритом белогорские охотники уже должны были прибыть в каньон. Неужели решили отказаться от своих слов? В любом случае он изначально на них и не рассчитывал, а если еще два дня не появятся, то в поход состоится уже без них.
На временной стоянке чувствовалась всеобщее возбуждение. Не только для самих охотников предстоящий поход был чем-то новым, но и для их женщин тоже. Когда их мужчинам во время охоты угрожала опасность от крупных зверей, то это было привычно и понятно. Так было всегда. Если ты не победил зверя, то тогда ты вернешься голодным и на этом все, у тебя будет еще попытка найти его завтра. Но охота на человека это другое, если ты его не убьешь— тогда уж он тебя. Отсутствие права на ошибку было необычно, будоражило кровь, и женщины пытались разобраться в непривычном чувстве.
Белогорцы вышли к временной стоянке под вечер. На этот раз обошлось без звучания рога. Десяток охотников, как и обещал Эрит. Против ожидания с ними был и Рэту, делавший вид, что не замечает косых взглядов Энку.
— Зачем вам столько деревьев без веток,— Эрит не мог понять, для чего понадобились им так много стволов сосны.
— На восходе мы поплывем на них по реке к стоянкам длинноногих, так мы не устанем в дороге.
В глазах белогорцев читалось недоумение. Нет, они не были трусами, но для них вода была враждебной стихией, от которой лучше держаться подальше. Если бы не отсутствие беспокойства у Рэту и Эрита, то они могли бы и отказаться от такого путешествия. Да и Эпей выглядел невозмутимым, Андрей по понятным причинам недолюбливал его, но не мог не признать, что трусом он отнюдь не был.
— Я уже плавал на связанных деревьях, это не опасно,— Рэту притушил последние угли страха.
До темноты успели перетащить все стволы деревьев к берегу, туда же принесли веревки и кожаные ремни из каньона. Эрру пообещал, что уже к полудню завтрашнего дня все три плота будут готовы, и они смогут тронуться в путь.
С момента, как Андрей объявил, что следующим днем они отправляются в Общий поход, в каньоне стало как-то непривычно тихо. Детей рано отправили спать, мужчины и их женщины разбежались по своим углам, Андрей же остался с Эсикой на временной стоянке.
Андрей думал о том, что на такой большой срок они свой родной каньон еще никогда не покидали. Конечно, на стоянке имеется достаточный запас мяса и рыбы, с женщинами и детьми останутся мастера и младший средиземноморец, но чувство беспокойства все равно никуда не исчезало и мешало уснуть. Потому и встал с первыми лучами солнца и нырнул в озеро.






