ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Существует ли воздаяние за поступки? Александр ещё вчера сказал бы, что нет. Природа наградила его способностями, но он посвятил себя уходу за безнадёжно больной матерью, и дар остался нераскрытым. Его беременная супруга погибла из-за халатности врачей, и виновные ушли от ответа. Вытаскивая из беды соседскую девочку, он вместо славы на первых полосах оказался на том свете и... осознал: справедливость существует! Ему опять восемнадцать, он в чужом теле, перед ним открыты все дороги, вокруг — мир, где СССР устоял, и теперь он непременно воплотит детскую мечту! Но есть сложности: его могут призвать в армию, принять за шпиона, упечь за решётку — ведь он наг и без бумаг, вокруг тысячи соблазнов. Устоит ли он?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Воспитывался на «Кортике», «Электронике», «Незнайке», Алисе Селезневой и «Пикнике на обочине». Читал всего Гоголя, Достоевского, всех Толстых, Шукшина, Некрасова, Чехова, Грибоедова, Гончарова… Рос на фильмах о Великой Отечественной и в детстве мечтал стать космонавтом.

Даже когда весь класс хотел работать коммерсантами, бизнесменами и дилерами-дистрибьютерами, я видел себя в том, чтобы приносить пользу Родине. Например, стать первоклассным вратарем и помочь нашей сборной наконец выиграть чемпионат мира по футболу. Деньги меня интересовали во вторую очередь.

— Принято, Александр. Страна гражданства и проживания: СССР.

— Вы получаете 25 дополнительных баллов, которые сможете использовать при генерации тела.

Так, стоп! Я хочу изменить имя! Точнее фамилию. У меня новое тело, новая жизнь в новой-старой стране, к Саше Звягинцеву эта личность не будет иметь отношения!

К тому же, как вы яхту назовете, так она и поплывет. Перед глазами замерцала строка с моим именем и, минуту поколебавшись, я все-таки заменил «Звягинцев» на «Нерушимый». Я восстал из небытия, как и нерушимый в этом другом мире Союз, который устоял.

Будто пробуя новое имя на вкус, я произнес:

— Александр Михайлович Нерушимый.

— Выберите внешность.

А здесь понеслась карусель! Помните, был такой советский мультфильм про шапку? Богач пришел к скорняку заказывать шапку из овечьей шкуры, а потом решил спросить, можно ли из этого сделать не одну, а две шапки? Оказалось, можно и две, и три, и четыре. Ну он, радостный, заказал сразу семь. Скорняк и сделал ему семь шапок. Ма-а-а-лехоньких, зато семь! Ибо исходного материала-то так и осталось — одна шкура!

Так и у меня. Я получил пятьдесят очков. Еще двадцать пять получил за выбор СССР.

И вложить их хотелось во все! И в красоту лица, и в красоту тела, и в чувство юмора, и в обаяние, и в сексуальную привлекательность, и в ум, и в здоровье. Показателей было очень много, и это только стандартные. А ведь еще были так называемые «врожденные таланты». О, это отдельный разговор. Умение драться, музыка, рисование. Дар обоняния, например, позволял распознавать тончайшие нотки и разбивать запахи на составляющие. Сразу вспомнился нашумевший «Парфюмер» Зюскинда — в том случае не иначе герой вкинул все очки в этот талант.

Пять очков в каком-либо параметре, судя по справке, это норма. Обычный показатель среднего человека. Меньше — хуже, больше — лучше. Например, в красоте лица для уровня фотомодели требовалось от пятнадцати. Выше двадцати — это уже отлично, мировой уровень.

И что получается? Становишься очень красивым человеком, но при этом с недалеким умом и отвратительным надтреснутым голосом? Да, голос тоже был. И даже характеристика голоса была не одна. Был голос властный, уверенный, сексуальный, влекущий.