ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Существует ли воздаяние за поступки? Александр ещё вчера сказал бы, что нет. Природа наградила его способностями, но он посвятил себя уходу за безнадёжно больной матерью, и дар остался нераскрытым. Его беременная супруга погибла из-за халатности врачей, и виновные ушли от ответа. Вытаскивая из беды соседскую девочку, он вместо славы на первых полосах оказался на том свете и... осознал: справедливость существует! Ему опять восемнадцать, он в чужом теле, перед ним открыты все дороги, вокруг — мир, где СССР устоял, и теперь он непременно воплотит детскую мечту! Но есть сложности: его могут призвать в армию, принять за шпиона, упечь за решётку — ведь он наг и без бумаг, вокруг тысячи соблазнов. Устоит ли он?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А откуда вы знаете мое имя… как?

— Идем. Товарищ майор потом расскажет. А зовут тебя, короче говоря, Александр Нерушимый.

По базе пробили? Но это невозможно, я только появился в этом мире. Или божество позаботилось и создало мне прошлое?

Мы поднялись на второй этаж, Тырин постучал в дверь с табличкой «Начальник отделения», и мы вошли в кабинет, где на стене висел все тот же неведомый вождь.

Мои мысли, расстрелянные щелкающими фотоаппаратами, разбежались тараканами по закоулкам разума. Я инстинктивно прикрыл глаза, ожидая вспышки, но их не последовало.

За лаковым столом сидела женщина-майорша, вырванная из лап террористов. Крашеная блондинка с туго собранным пучком волос. Лицо грубоватое, но не без изюминки. Чуть раскосые глаза, взгляд с поволокой, упрямо поджатые ярко накрашенные губы. На вид — лет сорок. Вряд ли старше — кожа на чуть приоткрытой груди и шее выглядела молодой, лицо было хоть и слегка поплывшим, но без пигментных пятен и морщин.

Она — начальник отделения?!

Видимо, она уже многое рассказала репортерам, а их было четверо: пожилая женщина, похожая на сушеную тарань, рыженькая толстуха, бойкая шатенка лет тридцати и мужчина с седыми усиками, в клетчатых брюках и таком же жилете. Они загомонили, протягивая ко мне микрофоны. Майорша хлопнула по столу и гаркнула:

— По очереди, пожалуйста.

Моя спина одеревенела, я замер под прицелом фотоаппаратов, вспоминая первый свой стендап. Тогда казалось, что каждое слово звучит фальшиво.

— Скажите, Александр, а вы правда ничего не помните? — пошла в атаку шатенка, стараясь подобраться ко мне поближе.

— Ничего. Я свое имя узнал только что. По… — Тьфу ты, чуть не сказал «полицейские»! — Милиционеры сказали.

— Если так, как же вы смогли… обезвредить преступника? — спросила она деланно озабочено, а добавила уже обвиняюще: — Вы не должны помнить, что умеете стрелять!

— Наверное, это мышечная память, — ответил я, понемногу набираясь смелости. — Я не был уверен, что у меня получится, все как-то само собой произошло. Растерялся, а дальше руки уже сами все сделали.

— Выстрел, надо сказать, был мастерский, — подала голос спасенная майорша. — Интересно, откуда такие навыки?

— Не помню, — пожал я плечами, виновато улыбаясь.

— Наверное, вы мастер спорта по стрельбе? — спросила старуха-тарань. — Каждому бы так теряться! Так растерялись, юноша, что матерого рецидивиста одним выстрелом уложили!

Она это так сказала, словно тот был кабаном или лосем, а не человеком. Какая разница, матерый он или нет? Никто не бессмертен.

— Не помню, — повторил я. — Просто услышал, как те два преступника говорили, что заложницу в любом случае убьют, и решил выполнить свой долг. Может, мне просто повезло.

— Похвально! — произнес мужчина.