ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Спецназовцы-диверсанты из ГРУ, а также их жёны и дети, участники клуба «Нетопырь», переносятся назад во времени. На дворе 1217 год от Рождества Христова. До татаро-монгольского нашествия — двадцать лет, до битвы на Калке — только шесть. Нетопырь Вадим Чинцов Спецназовцы-диверсанты из ГРУ, а также их жёны и дети, участники клуба «Нетопырь», переносятся назад во времени. На дворе 1217 год от Рождества Христова. До татаро-монгольского нашествия — двадцать лет, до битвы на Калке — только шесть. ==================== Глава 1 Глава 1 Мои родители, впрочем как и родители моих друзей познакомились, когда в 2008 году в Рязанском военно-воздушном училище впервые приняли на обучение женщин. Правда представительниц прекрасного пола разрешили принимать лишь на одну специальность — «Применение подразделений связи». Обучение у женщин в училище выстроили так же, как и у парней, за исключением норм физической нагрузки и специализации. Мой отец и его друзья сдали экзамены за первый курс и охренели когда увидели спортивных подтянутых красавиц, которые решили посвятить себя армии. Моего отца звали Владимир Бесов, его друзей Дмитрий Иванов, Юрий Брянцев и Михаил Ахметов. Моя мама, Светлана Коблова, только прибыла в общежитие, в котором ей дали место в комнате вместе с тремя девушками Аней, Юлей и Еленой. Все четверо абитуриенток были почти модельного типа и любого мужчину их красота просто сбивала с ног. Не оказались в стороне и мушкетеры, как называли моего отца и его друзей в училище из-за их кр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я выдохнул — Значит рюрикович, ты, Федор Петрович! А мой отец из какого рода — племени?

— Все ваши предки, Бесенок, (вот же черт старый, уел меня все-таки!) были из старых воинских родов, они были ближниками, можно сказать боярами.

— Ну слава, Богу! Хотя и жаль, что не рюриковичи! — прошептал я едва слышно, но отец услышал и дал «леща» — Спать иди, боярский сын!

Я не удержался и подошел к сэнсэю — Петрович! а как же незнание греческого языка? Никто не поверит.

— Эх ты, Бесенок! Я же полиглот с детства и знаю десять языков, в том числе и греческий! Правда не в совершенстве, только разговорный. Писать я по гречески не умею. Я даже латынь немного знаю! Иди спать и друзьям твоим тоже пора укладываться.

----------

Глава 4

Глава 4

Ночь прошла спокойно, дикие звери не приближались к месту нашей стоянки, охраняемой семью волкодавами. Проснулся от шершавого языка Рэкса, вылизывающего мне лицо. Наши отцы и Петрович вместе с половцем уже были на ногах, возясь с львиной шкурой, полоща ее в реке.

Петрович разбудил мою мать — Света, буди остальных! По словам Горына до лесной опушки всего часов пять осталось. Предлагаю поскорее покинуть Дикую Степь от греха подальше, а добравшись до леса, соберем хворост и приготовим мясо.

— Опять мясо! Я бы сейчас с удовольствием даже каши навернула. Манной. Да с молочком!

Собравшись, мы опять двинулись в путь, останавливаясь лишь для разминки уставших и ноющих мышц да справления нужды. Мы никогда раньше так долго не находились в седле и с непривычки натерли себе и задницу и ляжки.

Горын только удивленно цокал языком, не понимая как эти люди смогли преодолеть огромное расстояние от Понта. А еще он помнил о тех странных следах, обрывающимися, будто их обрезало. Даже лошадиные следы были только на одной поляне, будто все они свалились с неба. Горын, невольно хватался за обереги и молился Тэнгри, который неведомым способом переместил почти через всю Степь русскую дружину, в которую вошли жены и дети. О своих подозрениях Горын решил молчать — не дело обсуждать промысел Тэнгри!

В дороге нашим отцам, следующими в охранении нашего табора, удалось даже специально не охотясь, подстрелить еще пяток косуль и пару дроф, которые свми вылезли под выстрелы луков. Только охранение натянуло тетивы, дабы не терять время на натяжение.

Кинув птицу собакам, мы продолжили путь, оставив позади рычащих и чавкающих псов, догнавших нас после своего завтрака.

Петрович в бинокль постоянно оглядывал степь, наши двое снайперов время от времени поглядывали через прицелы.

Наконец на горизонте медленно стали приближаться деревья и мы невольно перевели лошадей на рысь. Половец вывел нас к озеру, в которое впадала едва заметная речка, до леса от противоположного берега было всего лишь метров тридцать.