ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мир без имени: ты появляешься на свет уже взрослым и по уши в долгах. Здесь даже собственные руки и ноги — не твои, ими владеет бездушная система. Это место чудовищно жестоко: жизнь не стоит и одного сола, ты сам выбрал участь низшего со стертой памятью, а за ошибки, долги и преступления у тебя отнимают одну конечность за другой, пока ты не превратишься в беспомощного червя с человеческим лицом. Над головой и под ногами — сталь, стены сжимаются, образуя бесконечный лабиринт. В автоматах продают шизу и дубины, за тобой гонятся безголовые плуксы, а худшая судьба — стать откормленной свиньей. Предупреждение: в тексте есть сцены жестокости и насилия.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Прикинул сколько времени ушло на одно ведро и немного приуныл. Если считать вместе с конфликтом и первой неудачей — все заняло двадцать минут.

Каждый раз тратить треть часа на ведро…

Три ведра в час.

Тридцать ведер за десять часов.

И даже если здесь двенадцатичасовая рабочая смена — понятия не имею, когда вечерний сигнал — то я все равно не укладываюсь в лимит.

Если смогу ускориться и дотаскивать ведро за пятнадцать минут, то начинает брезжить надежда на успех. Но хватит ли сил? Сомневаюсь. Ноги уже едва держат.

Как бы то ни было — буду пытаться.

Может смогу делать ведро в десять минут. Обернуть бы чем-нибудь саднящую от дужки правую ладонь. И перетянуть бы колени… но не трусы же рвать на полоски?

Попробую пока так. Может и получится — не каждый же раз буду натыкаться на очередного грифера?

Не получилось.

Я прекратил попытки через три часа, поняв, что все равно не успею. Правая ладонь горела огнем, натруженную руку потряхивало, сильно болел напряженный бок — из-за постоянной перекошенности в правую сторону. Пытался ходить ровно, но тогда бак задевал и так едва стоящие ноги. Что самое плохое — снова заболела голова и резко обострилась боль в левом локте. Его буквально рвало на части. Про странный зуд в плечах и бедрах — где кольцевые шрамы — даже думать не хотел.

Я остановился. Не стану разбивать голову о стену. Даже если ускорюсь — я не успею. Нажитый мной враг со своей подругой при каждой встрече устраивали пакость, если мы были вне обзора мотающихся по рельсам полусфер. У этих злобных крысят потрясающее чутье — даже не глядя определяли опасность и, опустив головы, проходили мимо, не трогая меня, но бормоча злые обещания. А при следующей встрече меня ждал тычок в спину, подножка или же резкий удар по полному ведру. Как раз после очередной подножки я и остановился, поняв, что лишь чудом сейчас на приземлился на неловко отставленный распухший локоть. Не вставая, проводил взглядом гогочущую парочку. Девчонка снова обернулась, снова показала средний палец и, звучно поцеловав парня в щетинистую щеку, сказала:

— Бойся, придурок! Он Барс! А ты…

Она не договорила. Судя по застывшему в натуге лицу, просто не нашла подходящего сравнения для такого ничтожества как я. Барс гордо промолчал. Девчонка же добавила, странным гордым жестом ткнув себя указательным пальцем в центр лба:

— Я Букса! А Букса — это круто! Бойся!

Они ушли, скрывшись за поворотом. Я же, полежав чуток, подтащил к себе пустое ведро, осторожно поднялся, бормоча:

— Барс, Букса и Придурок. Отчаянная драма в кольце серой слизи.

Неуклюжая шутка добавила сил. И пытливости — я решил попробовать набрать полное ведро слизи прямо рядом с приемником. Тут многие падали, слизь растекалась хлюпающими лужами. Ее растащили по полу, но шанс есть.