Про это сильно не расспрашивай — людям не нравится.
— Ясно…
— Что еще?
— Где мы?
— В жопе.
Грубое выражение как нельзя подходило к моему случаю. Я и правда в полной заднице. Но, пошевелив во рту начавшим напитываться водой языком, переспросил:
— Где-где?
— Где слышал, двойная единица. Мы в заднице. Глубокой. И выход отсюда только один — смерть.
Плохо… что-то безнадежности становится многовато. Я про себя ничего не помню, не знаю своего характера, к примеру, но мне упорно кажется, что я человек веселый и стремящийся к позитиву.
А тут такой тягучий хлюпающий мрак безнадежности… едва тлеющие угольки жизни в глубине глаз почти безразличной ко всему молодой еще совсем однорукой девчонки.
— Спрашивай, одиннадцатый.
— ОРН — мой статус. Низший — мой статус. Это как понять? Запутался.
— Все просто — низший… это ты по жизни, понял? Низшим здесь рожден, низшим здесь же умрешь. Низший — твоя фамилия, как у каждого здесь. Я низшая девяносто первая. Ты низший одиннадцатый. Вот так.
— Ясно…
— ОРН — это внутренний статус. Он твой пока ты каждый день выполняешь полученное утром задание от системы. Это важно, одиннадцатый. Если провалишь задание — тебе конец. Норму обеспечения уменьшат сразу же, солов не заплатят, уйдешь в долг по аренде комплекта, снизят дозы иммунодепрессантов. Держись за ОРН руками и зубами. Как закончим болтать и тратить время впустую — выясняй свое задание и начинай его выполнять.
— Я но ногах еле стою. Боль только-только утихла. Внутри меня что-то скрипит и хрустит, когда нагибаюсь и выпрямляюсь. Мне нехорошо. Очень нехорошо.
— Да всем плевать — жестко ответила девушка и с размаху наградила меня еще одной затрещиной — по той же щеке — Всем плевать на твое «мне нехорошо»! Все только и ждут, когда ты сдохнешь — ведь на твое тело система кому-то выдаст задание «похоронку»! А это лишние солы!
Обжигающая боль встряхнула. Клубящаяся в голове отупелая муть немного разошлась. Внутри проснулась злость. Меня ударили. Это больно и обидно. Я зол. Отупелая муть начала расходиться быстрее.
— Ударь еще раз — попросил я — Посильнее.
— Не говори, что тебе понравилось…
— Скорее разозлило и захотелось пнуть тебя так сильно, чтобы ты…
— Поняла. Держи.
Шлеп… и многострадальная щека заполыхала огнем. Тряхнув головой, поблагодарил:
— Спасибо.
— Мне пора.
— Еще пару вопросов!
— Слушай… тебе кажется — ты должен узнать так много! Но на самом деле — ты знаешь уже пятьдесят процентов того, что знает здесь каждый старожил.
— Еще минуту.
— Давай.
— Где мы все же?
— Никто понятия не имеет. Если кто и знает — никому не говорит. Глухая тема.
— У меня что-то серьезное с левой рукой — я показал чудовищно раздутый локоть — Они напортачили с моим комплектом.






