ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Из трещин между мирами выходят орки и эльфы. Обычные люди теряют рассудок, становятся одержимыми. Настоящий зомби-апокалипсис, только с изюминкой. Механика проста: убил орка или кого другого — получил энергию жизни, а значит, меньше риска самому стать мертвецом. Что сказать... Я мечтал о приходе системы — она тут. И дар мне выпал роскошный! Вперёд! Одержимые Константин Зубов Из трещин между мирами выходят орки и эльфы. Обычные люди теряют рассудок, становятся одержимыми. Настоящий зомби-апокалипсис, только с изюминкой. Механика проста: убил орка или кого другого — получил энергию жизни, а значит, меньше риска самому стать мертвецом. Что сказать... Я мечтал о приходе системы — она тут. И дар мне выпал роскошный! Вперёд! ==================== Глава 1 Глава 1 — Давай, Яр, я верю в тебя! — Колян заржал и поставил пустую банку на стол. — Да ему восьмерку выбить — и выиграл, — отмахнулся Влад. — Читер! — А на хрен ты арбалет покупал, если не тренируешься? — усмехнулся я и прицелился. Все бы хорошо, если бы в моих глазах десяток, равно и всех остальных цифр на мишени было бы по одной. А их по две, и они двигаются. Странно… Неужели из-за бухла? Да не может быть — выпили же немного совсем. Дым от мангала, наверное, попал. Ну и пофиг — не на корову играем! Я выдохнул, положил палец на спусковой крючок, и тут краем глаза увидел желтую вспышку под ногами у Влада. — Что за хрень⁉ — заорал друг и запрыгнул на садовую скамейку. Я не разглядел в тени гаража, что за «хрень», а просто сместил п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По счастью, он услышал и, так же бессовестно предав своих новых зеленых друзей, ломанулся к нам.

До конца испытания осталось 5 минут 58 секунд.

Крепость наполнилась гномами, они добивали остатки обороняющихся и все больше из них устремлялись к нам.

— Пора! — крикнул я и, схватившись за зубья стены, перепрыгнул на другую сторону. На секунду повис и разжал руки.

Прикрываясь щитами, мы ломанулись от крепости.

— Сильно не разгоняйтесь! Не исключено, что у локации есть граница!

И она была — ровно там, где впервые появились гномы, мерцало едва заметное зеленоватое сияние.

— Может, если выйдем, засчитают победу? — предположил Влад.

— Может, но мы попробуем как-нибудь в другой раз, а пока отходим от границы, чтобы было больше возможностей для маневра.

Гномы думали не долго. Вернее, вообще не думали и, закончив вырезать остатки гарнизона, попрыгали со стен и ломанулись к нам.

— Что по мане?

По мане все оказалось плохо. У Кости хватало на два каста «берсерка», а у Влада после того, как он выпил последнее оставшееся у нас зелье, едва накопилось на общее ускорение.

— Выставляем щиты и в последний момент ускоряемся и ломимся в тут сторону, где будет меньше всего народу.

До конца испытания осталось 1 минута 23 секунды.

— Бафф!… Вперед!

А точнее, в сторону. Мы сорвались с места, когда ближайшего гнома от нас отделяло не больше тридцати метров.

В целом план был хороший, вот только противники бежали широким фронтом и, увидев наш маневр, многие бросились наперерез. Мои стрелы давно кончились, но я успел перехватить неистраченный запас у друзей, и сейчас на ходу пытался поразить особо шустрых бородачей. Иногда получалось.

До конца испытания осталось 0 минута 36 секунд.

Опасность представляли только арбалетчики, выстроившиеся в двадцати метрах вдоль нашего маршрута и использовавшие нас в качестве подвижных мишеней. Вот тут бы пригодился Семен со своим порывом ветра. Конечно, Костя, кого достал, превратил в берсерков, но сильно это не помогло.

К сожалению, орочьи щиты были небольшими и ими удавалось закрыть, только голову, шею и самый верх груди.

Болты уже дважды чиркнули мне по ногам, а Влад и вовсе бежал с торчащим из бедра оперением.

Чуть-чуть осталось!

Б. я! На Молота прыгнул один из гномов, он увернулся от секиры и ударом меча перерубил бородачу шею, но при этом убрал щит, и я с ужасом увидел, как ему в горло воткнулся болт.

— Колян!

Влад рванулся к уже мертвому другу, а я выхватил кинжал и со всей силы вонзил его себе в глаз.

Мы снова бежим вдоль едва видимого барьера червоточины, и снова все живы.

— Второй шанс! — заорал я и тут же скастовал «замедление времени».