ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мы не числимся ни в одном списке. Нас будто не существует: ни имени, ни прошлого, лишь текущий миг. Но несдобровать тому, кто ослушается Приказа. Отставник Павел Чук Мы не числимся ни в одном списке. Нас будто не существует: ни имени, ни прошлого, лишь текущий миг. Но несдобровать тому, кто ослушается Приказа. ==================== Пролог Пролог О нас никто не знает. Нас просто нет. Мы — не имеющие ни имени, Ни прошлого. Есть только настоящее. Но горе тому, кто нарушит Приказ. Взяв объект в коробочку, пятеро воинов шли по длинному коридору. Предосторожность себя оправдывала. Сопровождаемый — один из бойцов подразделения, о котором ходили легенды. Это не просто солдаты, а машины для убийства. Их использовали только в экстремальных условиях и для выполнения, казалось, невыполнимых задач. Каждый боец спецподразделения прошёл специальную подготовку. Это звучит сухо, но в отобранных и обученных с раннего детства детях довели до невероятных показателей выносливость, ловкость, скорость, а главное — научили анализировать обстановку. Если сформулировать одной фразой, то их учили любыми способами выполнять поставленную задачу. Их мало. Менее сотни. Но они — элита элит гвардии Горгогоханской Империи. И сейчас одного из представителей славной гвардии вели не на допрос, а на суд. Его ожидал военный трибунал. Дверная заслонка медленно поползла вверх и впустила конвой внутрь тускло освещённого зала. Посередине невысокий постамент, куда на жёсткое кресло усадили объект сопровождения. Освещени

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Да, как его приняли? Не капризничал? — у Валентины Сергеевны была привычка перебивать говорившего, и все с ней смирились.

— Нет. Я отвела его за свободный столик, усадила. Он немного посидел, а потом стал кушать. Ел с аппетитом. Вот только отказался спать днём, но не капризничал, а просто лежал с открытыми глазами.

— Не плакал?

— Нет. Но перед отбоем он тоже не хотел засыпать. Может, чего боится? Я и ночник оставила включённым возле его кроватки, но не заметила, что он боится темноты.

— Посмотрим. Через недельку, когда освоится, проведём полное медицинское обследование и начальные тесты. Как с ребятами, познакомился?

— Познакомился, но держится на дистанции. Времени прошло слишком мало, думаю, освоится.

— Понятно. Так, кто следующий?..

Вечернее обсуждение проблем минувшего дня закончилось. Валентина Сергеевна откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Кто бы мог подумать каких-то шесть лет назад, что бывшую разведчицу отзовут с заслуженной пенсии и не преподавать в закрытом учебном заведении, а возглавить специальное учреждение для детей-сирот? Она долго отказывалась, ссылаясь, что не её профиль, не знает, как общаться с детьми и прочее, что не справится. Но по пути на очередную встречу, увидев сиротливо сидевшего на лавочке мальчонку, сердце её сжалось.

Из-за специфики работы детей у неё не было. Они самое слабое звено, как говорил её преподаватель тактики агентурной работы. У любого человека есть тот рычажок, та кнопка, нажав на которую, он сделает всё, что потребуют, и чем меньше таких «кнопок», тем лучше для агента. Эту нравоучительную заповедь она запомнила на всю дальнейшую жизнь. И проработав тридцать лет на нелегальном положении, так и не обзавелась детьми. Хотя в юности, будучи молодой, она грезила, что выйдет замуж, у них будет счастливая семья с тремя детьми, не меньше. Семья была, был скоропостижно скончавшийся муж, но вот детей… И теперь она всю себя посветила делу, чтобы оставшиеся без родителей дети не чувствовали себя обделёнными, но была и другая причина, о которой знали немногие.

Валентина Сергеевна поднялась из кресла, прошлась по кабинету, по привычке проверила, не осталось ли чего на столе, и вышла из административного здания. Все воспитатели учреждения проживали на закрытой территории, а сменный персонал состоял, в основном, из прибывающих учителей, психологов, медиков и прочих узкопрофильных специалистов. А вот штат подсобных рабочих состоял из солдат и сержантов, но в эту вотчину она не лезла. Налаживанием быта и прочей рутиной занимался комендант учреждения — майор Ольшанский Игорь Леонидович. К нему она сейчас и направлялась.

— Добрый вечер, Валентина Сергеевна, с чем пожаловали? Проблемы? — осведомился майор, приглашая позднего посетителя в кабинет.

— Двое новеньких.