ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Уйдя от захватчиков, капитан Глен (по прозвищу Гена Бес) понял: у землян появился грозный противник — анторсы, для которых чужие расы ничего не значат. Они хотят лишь занять нужную планету и истребить её обитателей. Бес тяжело ранен и списан со службы, однако это его не останавливает. Он опять в рядах. Отставник 2 Павел Чук Уйдя от захватчиков, капитан Глен (по прозвищу Гена Бес) понял: у землян появился грозный противник — анторсы, для которых чужие расы ничего не значат. Они хотят лишь занять нужную планету и истребить её обитателей. Бес тяжело ранен и списан со службы, однако это его не останавливает. Он опять в рядах. ==================== Глава 1 Глава 1 Министр обороны — генерал армии Шевцов Станислав Юрьевич торопливым шагом шёл по длинному, широкому коридору не замечая, как все, кто встречался на его пути, шарахались, прижимаясь к стене. Он был хмур и зол на весь мир, и на себя в частности, а всё началось восемь дней назад, когда во время очередного планового совещания в зал, где ниже полковника никого не было, вбежал офицер: — Товарищ капитан, что вы себе позволяете⁈ Где охрана, почему пропустили⁈ — раздражённо поинтересовался у раскрасневшегося офицера председательствующий — начальник Генерального штаба Жариков Виктор Семёнович. На совещании поднимались вопросы с грифом «Совершенно секретно» и не каждый высший офицер имел допуск к такой информации, а тут в зал, без предупреждения, видно, что после длительной физической нагрузки заявляется какой-то капитан. — Т-товари

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И я понимал, если сейчас усядусь, то встану только при помощи бульдозера.

Остановился у пленного, наклонился проверить не обманывает ли он. Попробовал прощупать пульс — не прощупывается. Память Глена вновь подсказала, что физиологически мы — «человеки» схожи с анторсами. Примерно одно и то же строение внутренних органов и одинаковое их расположение как у всех представителей гуманоидной расы. Только имеются небольшие различия по форме внутренних органов.

Приподнял верхнее веко, запомнил размер зрачка, отпустил веко и тут же вновь поднял. Реакция на свет отсутствовала — зрачок не менял своего размера.

— Без сознания, — заключил с умным видом. — Как бы ещё не сдох тут.

Взвалил на себя тело анторса. Не бросать же его здесь. Сначала думал, пронесу его, как и планировал к пещерам, но не пройдя и километра выбился из сил.

— Нет, так дело не пойдёт, не донесу его, — положив бесчувственное тело пилота под развесистым деревом, присел и осмотрелся. В полусотни шагов от меня возле высокого дерева привлекло выглядевшее чрезмерно естественным скопление веток. Будто кто-то обстригал, обихаживал дикорастущий кустарник лещины обыкновенной.

С трудом поднялся, пошатываясь, прошёл эти полсотни шагов. Присмотрелся, и улыбка расплылась на моём лице. Это был искусно сделанный шалаш. Видимо, дети в нём играли и обустроили. Неплохая лежанка, какая-то посуда, но всё чисто и опрятно. Из последних усилий дотащил своего пленника и укрылся в шалаше. Надо было позаботиться о тепло-маскировке, но сил у меня не было от слова совсем. Так и провалился в беспамятство, едва только залез внутрь так вовремя попавшегося на пути шалаша.

Проснулся рывком. Сильно болела затёкшая от неудобной позы рука, да и неестественный скрежещущий звук в момент прогнал сонливость. Резко не стал вставать, а только открыл глаза. Вечер. Солнце несколько часов назад скрылось за горизонт и сразу я ничего не рассмотрел, ждал, пока глаза привыкнут к полумраку.

На поясе нащупал тот странный кинжал, что чуть не отправил меня на тот свет. Как ни странно, память Глена не знала о таком оружии, хотя в его памяти было много чего интересного, но копаться в ней, ища неизвестно что не было ни времени, ни желания. Радовало, что в случае необходимости, информация становится доступной и удобоваримой без всяких там заумных фраз и непонятных образов.

Прислушался. Скрежет зубов и едва различимые стоны доносились от анторса. Прильнул к нему. Пленника трясло. Тело его горело, едва дотронулся до открытого участка кожи, как сразу убрал руку. Его тело было настолько горячо, что думал обожгусь.

— Вот его штырит, — прошептал, вынимая у него изо рта кляп. Он, как я его положил, так и лежал связанный и с кляпом во рту.