ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Житель нынешнего века, я угодил в мир, где магия — обычное дело, а время застыло в Средневековье. Здесь я встретил соратников, не стал изгоем и пленником, разбил противников и получил умение, доселе в Орване не встречавшееся. Превозмоганец-прогрессор 3 Серг Усов Житель нынешнего века, я угодил в мир, где магия — обычное дело, а время застыло в Средневековье. Здесь я встретил соратников, не стал изгоем и пленником, разбил противников и получил умение, доселе в Орване не встречавшееся. ==================== Глава 1 Глава 1 От галечного пляжа, к которому причалила шлюпка с "Удачи", шёл пологий подъём метров на сто, заканчивающийся стеной хвойного леса. Едва отряд Игоря с остатками экипажа втащили лодку на берег, как, не откладывая дело в долгий ящик, все дружно начали переносить имущество подальше от воды, к самому верху подъёма. Даже Кольт с Гильмой приняли в этом посильное участие. Только боцман Дильян, так ещё и не пришедший в сознание, но живой и перевязанный, по понятным причинам лежал в стороне на куске парусины, куда его заботливо уложили Гритан с Родом, матросы из семи выживших членов экипажа. — Да уж, — сделал вывод попаданец, осмотрев большую груду вещей, выгруженных с судна на берег, — Конечно, своя ноша не тянет, но, я чувствую, мы ухайдокаемся, тащить это всё на своих хребтах… Летан, — позвал он суперкарго оставленной тонуть каравеллы, — предлагаю тебе определиться с тем, что возьмём с собой, а что бросим. Или спрячем. Молодой офицер — сверстник Игоря — ходивший вокр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Всё же отношение землянина к лэну Шулту было не очень хорошим — измученный вид того несчастного бедолаги-крестьянина в клетке и трясущиеся поджилки служанок не позволяли Егорову в полной мере испытывать к старому дворянину благодарность за предоставленных коней и мула. Как и за вино, которое, к тому же, оказалось весьма плохим.

Латана выехала из двора первой. Сразу за воротами, вместе с компанией соратников Игоря, герцогиню ожидали двое пеших дружинников, которые должны были проводить гостей в город.

Матроса каравеллы, к тому времени, уже получив обещанные подводы, отправились к месту высадки, где их ждал Летан Имир. Своему суперкарго они заодно везли известие о том, кто был их пассажиркой. Егоров улыбнулся, представив удивление офицера.

Устраивать сцен прощания с ними, естественно, никто не стал. Правда, Лойм, как он рассказал командиру, посчитал нужным выразить надежду на встречу с данцами в будущем — как-никак товарищи по оружию.

— Кольт, залазь ко мне, — позвал Игорь брата, — Тания, возьмёшь Гильму?

— А то бы я без тебя не догадалась, — фыркнула подруга, возведя очи горе.

Отряд двинулся в Вентер очень бодро. Впереди люди Шулта, сразу за ними, верхом, герцогиня и попаданец с иск-магиней, посадившие перед собой детей, затем Парн с девушками и гружёные мул с рабом, а замыкали процессию Лойм и до сих пор не пришедший в себя боцман. Узнав, что иск-магиня, к которой он определился на службу, в действительности является принцессой Ливорской, Дильян пребывал в заметном раздрае — не знал, радоваться и гордиться по этому поводу или переживать и опасаться.

До города они добрались часа за три — Игорь точно не засекал, он вообще старался лишний раз своими "Командирскими" не светить, и так слишком много вопросов своей необычностью вызывает. Его отряд мог бы и раньше увидеть городские стены, но по дороге им попался бортник.

Землянин уже давно убедился, что все женщины и дети являются сладкоежками, а поскольку этот мир особым разнообразием сладостей не отличается, то Игорю, как командиру, пришлось отреагировать на просьбы слабой — условно, конечно же, слабой — половины своей команды и немного свернуть с пути, чтобы поесть и взять с собой три кувшина мёда, литра на три-четыре каждый.

Что покинутая отрядом деревня отличалась в худшую сторону от своих ливорских аналогов, что чинорский город выглядел явно хуже тех, где попаданцу уже довелось побывать. Даже строения пригородного постоялого двора были покрыты дранкой, а кое-какие и вовсе соломой, словно крестьянские лачуги. Городские стены и башни высотой не сильно уступали пелонским, однако, сложены были так грубо, что в некоторых местах по камням их кладки бывший спецназовец мог взобраться на вершину без всяких вспомогательных приспособлений.