ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Игорь Егоров снова в строю: наш современник продолжает осваиваться в мире, где правит магия и Средневековье. Год назад он чудом ушёл от каторги и рабства, а теперь добился большего — стал графом и получил обширные земли в Гирфельском герцогстве. Наконец он взялся за давно задуманные новшества. Выходит, бывший земляк превратился в управленца, владельца крепостных и хозяина своих людей, а его превозмоганство закончилось? Отчасти да. Но разбитые враги не успокоились и жаждут реванша. Так что прогрессорство прогрессорством, а крепость и оборону укреплять придётся. Его уникальная магия открывает теперь огромные возможности.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как ты говоришь? Конь не валялся?

Тания поцеловала мужа и села в кресло, жестом руки выгнав и топтавшуюся у ширмы с тазиком служанку, и Гештика.

Идея с устройством пикника была хоть и интересной для подруги, но вынужденной. Заклинание Пространственного Тоннеля съедало при использовании весь резерв, и, перейдя с его помощью в выбранную точку, требовалось потом ждать целый день восполнения магии, чтобы вернуться обратно.

Разумеется, это касалось только случаев, когда иных способов возвращения не существовало. Как сейчас.

А раз так, то почему бы и не совместить полезное с приятным?

— Не передумал всё же создавать заначку? — поинтересовалась графиня, разглядывая, склонив голову чуть набок, одевавшегося супруга, — Сам ведь утверждал, что в изъятии денег из оборота ничего хорошего нет.

— И сейчас это утверждаю, Тань. Чёрт, — взяв в руки ботфорты, Игорь почувствовал, как пальцы его стали сальными, — Опять твой старый пень моей обувью занимался? Говорил же ему не смазывать салом? Придурок.

— Не ругайся. Он старается и тебе быть полезным. Да и кожа так мягче становится.

— Угу, мягче, — согласился Егоров, садясь на кровать, — У нас не заначка будет, а запас на чёрный день, — вернулся он у вопросу Тании, — Сердце кровью обливается просто складывать деньги в кубышку. Но страховка всегда должна быть, — он обулся и пошёл за ширму ополоснуть руки, — А заначка, — продолжил Игорь из умывальни, — Это то, что на моей родине считалось непременным атрибутом женатого мужчины. Ну, в те времена, когда ещё не придумали электронные деньги. У отца всегда лежали пара-тройка банкнот между страниц справочника по материаловедению. Он рассуждал, что уж в эту-то книгу мать точно не полезет.

— Электронные деньги, бумажные, — засмеялась графиня, — До сих пор не верится, что где-то такое существует в самом деле. Так она правда не брала ту книгу? Твоя мама?

— Правда, — Игорь вышел из-за ширмы и принялся надевать рубаху и камзол, — Но, где у отца заначка, знала.

Попаданец грустно улыбнулся от воспоминаний и, подойдя к сидевшей в кресле Тании, положил ей руку на плечо.

— Пора? — спросила она.

— Пора. Я сам всё возьму, не трогай, — остановил землянин жену, хотевшую взять в руки тяжёлую корзинку со снедью и вином, — Видишь, как удобен рюкзак?

В краткое путешествия — хотя, какое это путешествие? — перемещение — Игорь взял и дедову суму, положив в неё пять увесистых кошелей с тремя тысячами ругиров в каждом, бурдюк с водой и четыре шампура.

— Удобен, — кивнула графиня, поднимаясь из кресла, — А почему тогда для своих воинов решил, что нужно будет шить эти — как их там? — вещмешки?

— Они тоже по своему хороши.