ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я целиком отдал себя разгадыванию проклятий. Люди боялись моего взгляда, страшились моего голоса, а от прикосновения моих рук они умирали. Я добился огромной известности и умер на самом верху... Казалось бы, всё отлично, но тело не вечно. Впрочем, я и к этому подготовился — припас специальное проклятие. Но кто бы мог подумать, что мой способ обрести бессмертие даст сбой и закинет меня в другой мир? Да ещё и в тело трижды умершего наследника никому не нужного дворянского рода. А тут ещё жук какой-то заявился, называет себя моим богом, фамилия у меня теперь Майский, и на всю мою семью объявлена охота. Похоже, придётся продемонстрировать местным, что такое проклятый!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Моё дыхание сбилось ещё где-то на середине пути, а ближе к концу мою одежду уже можно было буквально выжимать от пота. Не верилось, что это тело принадлежало аристократу, особенно при живом-то дедугане. Потерев виски, я поставил мысленную зарубку обязательно заняться физической формой своего нового тела.

Отдышавшись, я пару раз выгнул спину и хрустнул шеей, затем протёр пот со лба и направился искать нужный мне кабинет. От шизы никаких подсказок, к сожалению, не последовало. Впрочем, стоило мне присмотреться к дверям, я сразу понял, что это ничуть не удивительно. По всей видимости, Лишайник направил меня на жилой этаж.

Было бы странно, вспомни я путь до личной комнаты менталистки. Оставалось только вломиться куда-нибудь и узнать точнее, в каком направлении мне дальше двигаться. Сегодня как раз был последний день зимних каникул, так что в рабочих кабинетах сейчас, скорее всего, никого не было, а большая часть преподавателей находились у себя, отдыхая или готовясь к первому учебному дню нового года.

Выбрав наугад первую попавшуюся дверь, я деликатно постучал. Внутри тут же послышалось какое-то копошение, потом женский крик, немного ругани, звук разбитого стекла, затем красноречивое: «Подождите!», после чего наступила тишина, сменяемая шуршанием одежды.

Похоже, я прервал какой-то дамочке законный отдых. Надеюсь, я не отвлёк её от чего-то, кхм, сугубо личного. Усмехнувшись, представив эту картину, я потёр виски. Это действие уже начало становиться привычкой.

Спустя пару минут ожидания дверь на половину распахнулась. В проходе стояла по-настоящему эффектная женщина, и я, на удивление, сразу же её узнал. Та самая Ольга Васильевна, которую упоминала Анна, сейчас удивлённо смотрела на меня своими большими карими глазами.

Большими у преподавательницы были не только глаза, на что я сразу же обратил своё внимание. Грудь никак не меньше четвёртого размера соблазнительно выпирала, просясь наружу, а белый халатик в обтяжку препятствовал этому явно из последних сил. Хрупкое тельце, скрытое за тонкой тканью, выглядело великолепно. Длинные золотистые локоны, свисающие до аппетитных бёдер, отлично подчёркивали миленькое молодое личико.

— Майский? — моргнула Ольга, тут же отступая на шаг и пропуская меня внутрь. — Что-то случилось? На тебе прям лица нет…

— Ничего особенного, — улыбнулся я, делая шаг вперёд. — Хотел спросить, где можно найти…

Звук треснувшей печати громом отразился в висках. На меня резко накатила такая усталость, что хотелось просто упасть прямо здесь, желательно, отключившись ещё в полёте.

Брызнув кровью из носа, я смачно упал лицом прямо на грудь испуганной преподавательницы. Представив, как это всё смотрелось со стороны, я мысленно усмехнулся.