ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Замысел Руднева заключался в том, чтобы нанести по японцам удар сразу в нескольких точках: две русские эскадры и отдельный отряд кораблей должны были одновременно вступить в бой с неприятелем. Того оказался вынужден дробить свои силы — у островов Элиота семи броненосцам Макарова противостояло лишь четыре вражеских судна, а у Сангарского пролива броненосные крейсера Руднева сошлись напрямую с эскадрой Камимуры. План смел, но результаты сражений флотоводцев не радуют: японцы не понесли фатальных потерь, а русский флот всё ещё разобщён — Порт-Артурская и Владивостокская эскадры действуют раздельно. Противник отважен и упорен, удача по-прежнему улыбается японцам. Однако с Балтики и Чёрного моря уже идут подкрепления под начальством Чухнина и Безобразова. Для того чтобы одержать решительную победу, не полагаясь на изменчивую фортуну, командованию русского Тихоокеанского флота требуется сплотить все эскадры, не давая врагу разбить их по отдельности.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Куски угля, осколки, потоки воды наполнили воздух, и все мы тут же оказались за бортом». Пароход, накренившись, медленно погружался в воду, а с боевых марсов крейсера японцы поливали огнем пулеметов и скорострельных пушек людей, копошащихся на палубе гибнущего судна и плавающих на воде. С палубы «Коушинга» раздавались недружные винтовочные выстрелы: циньцы стреляли в японский крейсер и в держащихся на воде англичан.

Через час палуба парохода скрылась под водой, большая часть китайцев была уничтожена пулеметным огнем, а большая часть британцев принята на борт крейсера. Здесь они узнали, что он назывался «Нанива» и что, таким образом, на протяжении часа их обстреливали орудия и пулеметы корабля, построенного в их родной Англии. Фактически пушки «Нанивы» сделали в тот день первые выстрелы в китайско-японской войне, официально объявленной только 1 августа. Командовал крейсером капитан 2-го ранга Того Хэйхатиро.

2. Колчак, как много в этом звуке… Ну, почему, в самом деле, было сценаристу не рассказать, как он замерзал в Заполярье, исследуя его для России в 1903 году? Всю жизнь ведь потом маялся ревматизмом…

В «нашей» истории только после гибели Макарова, который не хотел отпускать серьезно простуженного в Арктике лейтенанта командовать миноносцем, он добился перевода на «Сердитый». Почему бы не упомянуть его честную, лихую службу на миноносце, когда он по итогам проигранной войны был награжден Георгиевским оружием?

Почему не показать его настоящую деятельность на посту адмирала, а не идиотскую, бесполезную, насквозь выдуманную и картонную стрельбу из пушки по вражескому броненосцу? Ведь это по его настоянию получили свою уникальную схему размещения башен главного калибра наши дредноуты. Ведь это под его началом разрабатывались планы минных постановок, жестоко осложнивших жизнь немецкому флоту.

И первые в мире залповые торпедные стрельбы, сразу из всех торпедных труб эсминца, это ведь Минная дивизия русского флота под Колчаком придумала! Если бы флот Владычицы морей это вовремя перенял, то в Ютландском сражении немцы не отделались бы потерей от атак его эсминцев лишь одного старого броненосца. Так нет, стреляли по старинке — по одной торпеде за раз.

И на посту командующего Черноморским флотом Колчак себя нормально проявил. Он, конечно, не был Ушаковым, а как «правитель» оказался вообще ноль. Но из русских флотоводцев ПМВ — один из лучших. Но, наверное, все это слишком нудно, чтобы стать близким среднему офисному сидельцу.

Вот и появляется АдмиралЪ, стреляющий из пушекЪ по кораблямЪ…

----------