ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эфир, что наполняет небо, доступен посвящённым: они ткут из него чары и обращают в свою пользу — и далеко не всегда во имя добра. Те, кто принёс присягу князьям запределья, не пожалеют никого, чтобы угодить потусторонним хозяевам. Выслеживать таких отступников среди магов поручено Вселенской комиссии по этике. Магистр-расследующий Филипп Олеандр вон Черен молод, честолюбив и в совершенстве владеет ритуалами и тайными ремёслами, однако вместо жезла предпочитает два пистолета, исписанных колдовскими знаками, а в помощники берёт наёмников и бретёров. За самые безнадёжные дела берётся, не страшась грязи и крови, — у него личные счёты с чернокнижниками. Но и за душой у него немало тёмных тайн. Недаром его кличут Ренегатом.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Келуя, Медьяно, Зальяни полностью контролируют торговлю с Солнечным архипелагом и снимают с нее все сливки. Золото, специи, ткани, рабы… Для вас это на другом краю света, но, быть может, стоит… расширить кругозор?

— Вы правы, сеньор, — примирительно произнес я, размышляя над тем, кому донести о странном попутчике по приезду в Стожьен, — для меня это действительно на другом краю света. Так вы полагаете, его святейшество намерен взять под контроль торговлю с Солнечным архипелагом?

— Его святейшество… — в голосе Сильвио прозвучала нескрываемая усмешка, — просчитывает ситуацию на много ходов вперед. Не удивлюсь, если взятие Арбеса он использует для разведывания сухопутного пути к Берегу Черного Жемчуга. — Южанин недобро усмехнулся и заметил: — В Гиарнии этому рады не будут, монополии на торговлю с дикарями придет конец.

— Города Золотого Серпа потеряют куда больше, — сказал я, обдумывая услышанное. — Если торговый флот пойдет напрямик мимо Арбеса, богатеть начнут порты Западного побережья.

Сильвио остро глянул на меня, кивнул и замолчал, как-то враз перегорев и потеряв всякий интерес к продолжению беседы. Да еще дилижанс дернулся, качнулся и запрыгал на кочках так сильно, что я пребольно приложился плечом о дверцу.

— Ангелы небесные! — невольно вырвалось у меня. — Ради всего святого, зачем мы съехали с тракта?

И в самом деле — экипаж повернул на лесную дорогу, узенькую и разбитую тележными колесами. Ветви деревьев с пожухлой листвой так и заскребли по стенкам и закреп­ленным на крыше сундукам.

— Кучер разве не предупредил? — удивился южанин. — Перед Стожьеном он собирался заехать в какую-то деревеньку поблизости.

— Будь я проклят! — выругался я. — Стоило дождаться почтовой кареты!

— Стоило, — согласился со мной Сильвио, надел бархатный берет и потянулся к ставне. — Вы позволите, магистр? Я собираюсь вздремнуть.

— Разумеется, сеньор, закрывайте. Смотреть в лесу все равно не на что, а так будет меньше дуть.

За время поездки я продрог до костей и пару раз даже ловил себя на желании выбраться наружу и пробежаться рядом с экипажем. И уже немного жалел, что опрометчиво отказался от великодушно предложенного попутчиком бренди.

Глинтвейн! Как только приедем в Стожьен, непременно пошлю Хорхе за подогретым со специями вином. Корица, мед, изюм, цукаты…

----------

Часть первая. Дорога в запределье. Глава 1 (3)

Часть первая. Дорога в запределье. Глава 1 (3)

3

Какое-то время я пытался задремать, но из-за тряски нисколько в этом не преуспел. Тогда вновь стал перебирать пальцами четки и не закончил еще и первого круга, как дилижанс дернулся и остановился столь резко, что нас едва не сбросило с сидений.

— Святые небеса! — не удалось сдержать мне раздраженный возглас.