ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Максим Потапов, лейтенант и последний ружейных дел мастер на службе Российской Империи, отправился восвояси после получения вольной. Однако в Москве, где он родился, неспокойно: Вербицкие, глава их рода, плетут интриги и готовы ударить — и по нему, и по всей державе. Ружемант 5 Алекс Рок Максим Потапов, лейтенант и последний ружейных дел мастер на службе Российской Империи, отправился восвояси после получения вольной. Однако в Москве, где он родился, неспокойно: Вербицкие, глава их рода, плетут интриги и готовы ударить — и по нему, и по всей державе. ==================== Глава 1 Глава 1 С девчонками прощались долго и неохотно. Белка держала за руки, смотрела в глаза. Обнялись на дорогу. Думал, будет гомон слов, плеяда обещаний: вместо этого слушали тишину. Ни к чему слова. — Хочешь, приеду к тебе? — Она спросила первой, я покачал головой. — Не хочу. Настаиваю. Как только отдохнете — давайте встретимся? Через пару-другую недель? С пацанами в прошлой жизни прощался так же. Мечты о том, чтобы выпить пива, пойти по бабам, арендовать баню до конца дня никогда не сбывались. Встречались по новой лишь в окопах. Отчаянно верил, что с девчонками выйдет иначе. С девчонками всегда иначе… Вокзал. Посмотрел на медленно тянущиеся линии поездов: не захотел трястись. Спросил у Ириски про состояние счета: там красовалась какая-то баснословная сумма. На такси до дома так точно хватит. Таксист был приветлив, но угрюм. Битый жизнью гоблин в кепчонке, ничего лишнего. До дома не доехал. Гоблин выуд

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Скажи, что удумал?

— Дорого он с тебя взял?

— По старой дружбе обошлись «дружескими» шпильками в адрес друг друга. Он, к слову, намекнул за ту же сумму, что ты за коим-то чертом решил набрать оружия. Скажу прямо — какая бы дичь тебе ни приснилась, ружеманты не отращивают новых рук для стрельбы. И ИИ-ассистент у них может быть лишь один. Не раздваивается. Понимаешь?

Ириска подтвердила, хоть ее никто и не спрашивал.

— Мне понадобятся люди, Бейка. Много людей.

— Так он был прав? Пойдешь отбирать Инну силой?

Выдохнул.

— Прежде чем отвечу на этот вопрос: у тебя есть иные предложения?

Перед Бейкой через миг возникла гора картофеля. Мой борщ задерживался — вместо него предложили булочку за счет заведения.

Дают — бери, бьют — беги. Наш принцип, изменять ему не стал.

— Есть. Политический. Не исключаю того, что Вербицкий-старший, наигравшись, просто вышвырнет ее на улицу. Не сегодня так завтра.

— А если нет?

Она меня как будто не слышала, продолжила:

— Не кипятись. Она ему нужна лишь для того, чтобы предупредить тебя. Обижать и злить тебя лишний раз он не станет.

— Неужто боится? — издевательски спросил Бейке в тон. К изумлению, кивнула, сунув в рот сразу горсть картофеля. Не знал, что она так неаккуратна в еде. Или это от Айки в ней осталось?

Решил не спрашивать, Бейка же объяснилась:

— Посуди сам. Ты знаешь о его махинациях. Тебе в счет заслуг, как и девчатам, даровали амнистию с денежным вознаграждением. Твои боевые как бюджет всей моей части! — выдохнула она и тут же поправилась: — Трехмесячный. Но все равно много.

— Если тебе такие суммы доверяли, что ж девчата не в легендарки одеты были?

— Не зарывайся. Ты, может, уже и не под моим началом, но обойдись без грязи подозрений. Деньги давали не мне, а казначею. Постоянные восстановительные работы, поддержка магического антиартиллерийского купола тоже не бесплатна. Но мы не об этом.

Она права — разговор пошел куда-то не туда.

— Вербицкий подкатывал амбиции к Кьярре. Кое-чему «добрый дядюшка» ее все же научил: она глуха к лести. И не клюет на обещания. Не знаю, чем ты ее сумел купить, но она сказала, что будет иметь дело лишь с тобой.

— И как? Ее правда послушали? — Сомнения грызли душу: и в родных стенах она была лишь разменной монетой, а уж тут…

Бейка пожала плечами, нового не сказала.

— Конечно нет, Потапов. Было бы глупо. Спецслужбы ее обрабатывают, собираются в скором времени использовать. И тут на сцену с своими деньжищами можешь выйти ты.

— Никогда не представлял себя политиком, но допустим.

— А что тут допускать, Потапов? Вербицкий никогда не признает это с высоты своего полета. Будет рядить страх во всякое. Но ты сейчас не кто-нибудь, а народный герой. И правда можешь пробиться в верха. А еще он знает про то, что затеяла я. Попытается надавить, чтобы ты отказался.