ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Каково это — быть скандинавским воином? Кому-то наверняка хотелось ощутить себя в этой шкуре: застыть на носу корабля, летящего по воде, рубиться рядом с преданными соратниками, не выпуская из рук верный бродакс, прошедший не одно сражение… Главному… Северянин Влад Лей Каково это — быть скандинавским воином? Кому-то наверняка хотелось ощутить себя в этой шкуре: застыть на носу корабля, летящего по воде, рубиться рядом с преданными соратниками, не выпуская из рук верный бродакс, прошедший не одно сражение… Главному… ==================== Пролог Пролог Спасибо, что обратили внимание на книгу. Карта мира в большем разрешении в доп. материалах к книге. Благодарю за лайки и комменты. Надеюсь, книга вас не разочарует. Приятного чтения. Вот она и прибыла. Я смотрел и не мог налюбоваться на новенькую капсулу виртуальной реальности. Их производство только началось, и доставшаяся мне — одна из первой серии. Их нет больше ни у кого, только у тестировщиков «НИСА» — компании, сотрудником которой я и являлся. Правда, в тестировщики я перешел буквально неделю назад. А до этого долгих пять лет трудился в отделе поддержки, ремонтируя компьютеры сотрудников, бегая по зданию компании и помогая юзерам решать проблемы с программным обеспечением. Когда прозвучал клич, я отозвался в первых рядах. А что, как по мне, неплохо — поработать 6 месяцев тестировщиком, при этом сохраняя и оклад, и свое рабочее место. По окончанию теста я вернусь к своим прежним обязанностям. А ближайшие полгода я надеялся пр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Подобные ощущения испытываешь, когда возвращаешься в свой город из длительного путешествия, издалека. Ты едешь, глядя из окна автобуса или машины, поезда, или даже через иллюминатор корабля. Вот, только что были чужие пейзажи, пусть и твоей страны, пусть и области, района, региона, граничащего с твоим, но все же чужие. И в один миг все меняется! Казалось бы, за окном все те же деревья, поля, здания. Но ты уже понимаешь, что приехал, что ты очень близко к дому…

— Глядите! Что это?

Впереди на горизонте виднелся дым. Мы налегли на весла, и вскоре очень далеко, в точке, где сходятся вместе море и небо, появилась земля — Длинный остров. И там же был черный густой дым.

— Это из фьорда… — выдохнул Магнус. — Они сожгли наше поселение!

— Такого мира искал твой тэн? — мрачно спросил у связанного и лежащего на носу корабля Стеки Эйрик.

— За все приходится платить, — буркнул Стеки.

— Жизнями тех, кто хотел помочь. А теперь их убивают за оказанную помощь! — ответил Эйрик.

— Зато клан Альмьерк будет жить, — не сдавался Стеки.

— И все будут знать их как трусов и предателей. И ты тоже запомнишься трусом и предателем! — заявил Магнус.

Стеки лишь скрипнул зубами, но ничего не ответил.

— Глядите!

Из-за низкой скалы на морской простор вынырнула длинная ладья. Хоть ее парус был спущен, мы все с легкостью смогли разглядеть его цвет.

— Ярл… — с ненавистью прохрипел Кьетве. — Их нельзя отпускать! Они должны поплатиться за то, что сделали!

— Согласен, — кивнул Эйрик и повернул голову ко мне: — Что скажешь, форинг?

Сложный выбор. С одной стороны, я прекрасно понимал и Магнуса, и Эйрика, и Кьетве — все они хотели отомстить воинам ярла за разрушение поселения, убийство всех тех, кто там находился. Но с другой стороны, с нами были люди из клана Альмьерк, для которых подобное значило бы отречься от клана. Их тэн заключил союз с теми, кто сейчас был на том корабле…

Внезапно мне на плечо легла чья-то рука.

Я резко повернулся и увидел перед собой старика. Позади него стоял Олаф.

— Мы с вами, — просто сказал он, тем самым развеяв мои сомнения и подсказав решение.

— Убьем их всех! — мой брат стоял, сжимая свою тяжеленную секиру. Сжимал он ее с такой силой, что костяшки побелели.

Еще бы, ведь там, на Длинном острове, остались его сын и жена.

А я вспомнил о Рагнаре, которого взял под защиту. Что стало с ним?

Впрочем, обильный дым, стоящий в месте, где должно было быть поселение, подсказывал ответ.

— Убьем их всех! — повторил я фразу брата.

Не было криков восторга, не было радости на лицах людей. Наоборот, все приняли мое решение с суровыми, мрачными лицами — все мы понимали, что идущий нам навстречу корабль намного больше нашего, следовательно, бойцов на нем должно быть больше, чем на нашем.