ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С поля сражения душу воина заносит в волшебные земли. Но вместо заслуженного покоя — участь безродного бедняка. Герой не готов мириться с такой судьбой и начинает упорно пробивать себе дорогу наверх. Художник: Михаил. Сиротка Андрей Первухин С поля сражения душу воина заносит в волшебные земли. Но вместо заслуженного покоя — участь безродного бедняка. Герой не готов мириться с такой судьбой и начинает упорно пробивать себе дорогу наверх. Художник: Михаил. ==================== Глава 1 Глава 1 — Вот на этой улице и будете ждать, что мятежники предпримут, — инструктировал нас Батя, командир трёх наших взводов наёмников. — Только внимательно смотрите по сторонам, потому что непонятно, кто из жителей на самом деле мятежник, а кто поддерживает местную власть, вам всё понятно? — Так точно, — в разнобой ответили стоящие перед ним командиры взводов. Я стоял в третьем ряду и, пользуясь тем, что на меня никто не смотрит, самым бессовестным образом зевал. Всегда одно и то же, зачем вообще этот инструктаж перед выдвижением проводить, как будто первый раз подобной работой занимаемся. Сам я сюда попал несколько месяцев назад и считал это огромной удачей. Для молодого детдомовского парня, который только что вернулся из армии — это было невероятным везением. Наверное, нужно немного рассказать о себе. Так вот, родился я в одной из многочисленных полузаброшенных деревень России. По крайней мере, мне так сказали, потому что сам я этого не помнил, так как родители мои то ли погибли, то ли просто

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не знаю, люди ли тут старались или природа так захотела, но именно по берегам росло меньше деревьев, поэтому поля были засажены именно на таких местах, а также разбиты большие огороды. В общем, жизнь бурлила именно по берегам водоёмов, даже плавали небольшие лодки. Кстати, большинство местных деревень были окружены частоколом.

В одной из таких деревень мы и решили остановиться, она приглянулась Лаару, впрочем, как и мне. В этом районе они все выглядели довольно неплохо, по сравнению с теми, которые встречались ранее, поля кругом засажены, дома добротные, а люди не выглядят запуганными. Они нас хоть и провожали любопытными взглядами, но даже ничего не спрашивали, видно считали простыми переселенцами, коих тут хватало.

— Кто такие? — Спросил у нас стражник, когда мы вечером подъехали к одной из деревень, по местным меркам довольно большой.

Вокруг неё тоже имелся частокол и даже четыре башни по углам этого укрепления. Было видно, что службу несут именно крестьяне, видимо считали, что хоть на дворянина можно надеяться, но самим тоже лучше не зевать. Сомнительно, что эти люди сами себя защищают, таким было сложно, не грабил их только ленивый.

— Путники, — ответила Эгона, — переночевать хотим, или у вас нельзя?

— Можно, — стражник махнул кому-то рукой, в воротах открылась небольшая дверца и оттуда вышел ещё один.

— Кто в фургоне? — Спросил он. — Нужно посмотреть.

— Смотри, — пожал плечами Лаар.

— Ничего себе, — удивлённо сказал мужчина, увидев кучу детей, а потом он с каким-то осуждением посмотрел на кальта. — Однако ты отчаянный.

— Что там? — Заинтересовался тот, который продолжал стоять на башне.

— Дети, можно пропускать.

Ворота распахнулись, мы въехали внутрь, но тут же остановились.

— Друг, — обратился Лаар к одному из стражников, тому, который фургон проверял. — Где бы нам остановиться, таверна есть?

— Да откуда ей тут быть? — Усмехнулся страж. — Можешь у моего брата со своей семьёй остановиться, у него места много и лошадей есть куда пристроить.

Хозяин дома, в котором мы остановились, оказался радушным и гостеприимным. У него была большая семья, видно поэтому второй дом поставил, куда нас и поселили, предварительно выгнав отсюда своих. Приехали мы вовремя, они как раз собирались ужинать и даже нас к себе пригласили, столы поставили во дворе. Этот оказался умнее стражника на воротах, понял, что мы точно не дети Эгоны и Лаара, слишком мы от них отличаемся и друг на друга совсем не похожи. Впрочем, расспрашивать об этом он не стал, его больше интересовало, что происходит в большом мире, видно тут с новостями совсем всё плохо. Мы все сидели молча, разговаривал только Лаар, даже Эгона помалкивала.