ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эсминец «Перун» уходит прочь, бросая Андрея и Рема на Марка-3. Они остались на пустой планете, и над ними занесена угроза: один корабль Ариан не сходит с орбиты, ещё два мчатся за «Перуном». Их задача — просто не погибнуть. Тем временем очнулась девушка, которую достали из криогенной капсулы. Кто она? Что ей назначено сделать для оставшихся в живых? Дальше — испытания, новые знакомые и старые противники. Андрей должен разобраться во всём, пока Ариан не добился цели. Скиталец Евгений Волков Эсминец «Перун» уходит прочь, бросая Андрея и Рема на Марка-3. Они остались на пустой планете, и над ними занесена угроза: один корабль Ариан не сходит с орбиты, ещё два мчатся за «Перуном». Их задача — просто не погибнуть. Тем временем очнулась девушка, которую достали из криогенной капсулы. Кто она? Что ей назначено сделать для оставшихся в живых? Дальше — испытания, новые знакомые и старые противники. Андрей должен разобраться во всём, пока Ариан не добился цели. ==================== Часть 1 Глава 1 Дрея Часть 1 Глава 1 Дрея Темноту прерывали странные вспышки, пробивающиеся сквозь закрытые веки. Девушка попыталась открыть глаза — безуспешно. Она не могла ни поднять руку, ни дотянуться до лица. Тело не слушалось, в нем была только слабость. Сколько времени прошло, прежде чем ей удалось открыть глаза, — неизвестно. Мигающий свет тут же заставил её снова поморщиться и зажмуриться. Следующая попытка осмотреться была уже более аккуратной. Открыв глаза, она повернула голову. Светлая комната, у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он, конечно, слышал, что можно заглушить вражеский корабль, даже заставить его выйти из боя. Но в условиях космоса этот сложный процесс требовал огромного количества энергии. Это не просто подавление радиосигналов на планете. Здесь требовались другие принципы. Ведь они заглушили даже искусственный интеллект.

— Хочешь сказать, что на этой махине есть подавители? — спросил Андрей, примерно понимая последствия такой новости.

— Да. Я не знаю, как в твоём времени, но в моём это очень распространённая практика. И сейчас нас подавляют. Ватсон отключён, много основных систем тоже. Но, видимо, им самим не хватает мощности, потому что они не атакуют бортовыми орудиями и пытаются вновь выцелить нас основным калибром. — Дрея посмотрела на Андрея, попытавшись сдуть надоедливый локон светлых волос.

— Проще говоря, мы слепы, как котята. Когти у нас, может, и есть, но бить ими мы можем только наугад.

— Именно так.

Корабль содрогнулся, вновь принимая на щиты залп уцелевших торпедных фрегатов, которые не теряли времени и стали перестраиваться для удобного противодействия, пока их флагман выходит на рубеж повторной атаки.

Андрей стал выводить все доступные данные, которых было не так много. Корабль частично ослеп и лишился главного — поддержки искусственного интеллекта. Поэтому сейчас все процессы на корабле происходили дольше. Андрей проверял системы одну за другой, получая больше отказов, нежели успешных проверок. Навигация была мертва, поэтому какие-либо прыжки из системы были чреваты, тем более с места. Многие орудия тоже не подавали признаки жизни, а уцелевшим будет сложно вести точную стрельбу без Ватсона.

Работали некоторые сенсоры наблюдения, но и тех было мало. Но это уже что-то. На одном из экранов Андрей видел исполинскую тушу вражеского линкора.

Линии корпуса ровные, чересчур прямые. Ни одного лишнего элемента. Всё утоплено в броню — сенсоры, антенны, даже орудия. Обшивка глухая, матовая. Свет в неё просто проваливался. Цвет — серо-угольный, без намёка на краску. Только на корме — герб Альянса, почти неразличимый. Скорее для отчётности, чем для гордости.

Корабль был большим. Не страшным, не давящим — просто большим. Минимум уникальных решений. Всё стандартизировано, всё просчитано. Функция — и ничего больше.

Если в земных кораблях можно было разглядеть характер, то здесь его не было вовсе. Этот корабль не хотели сделать красивым или запоминающимся. Его просто должны были бояться.

И свою функцию он выполнял на все сто процентов. Андрей ощущал… Нет, не страх, скорее встревоженность. Сейчас противник был сильнее. Капитан хмыкнул. Впрочем, его противник всегда сильнее. С первого его сражения до текущего момента они были сильнее и даже страшнее.