— Молод ты еще совсем, парень, чтобы без спроса господину настоящему Охотнику советы жизненные давать!
Крос даже пивом подавился от хохота от такой речи приятеля.
Тут Охотник обратил внимание на меня:
— Зайди на склад, город рассчитался за меч и кольчугу и выплатил за Крыс. Получи свою долю.
И добавил:
— Счастливчик! Ты-то уже в отставке, после всего-то двух месяцев службы! Крос, ты хотел бы так?
— Нет, — отрицательно мотнул головой парень. — Я еще не все свое отходил. Но, когда буду уже в твоем солидном возрасте — подумаю о таком обязательно!
— Да это всего-то через три года будет, трепло! — возмутился Понс.
— Три года в нашем деле — очень много, старина Понс, — философски ответил Крос.
Тут уже я решил спросить про планы парней и что за срочность выдергивать Кроса из отпуска.
— Да какие планы, сейчас на склад, соберемся и в путь. Зачем? Сам не знаю, нас ждут в Сторожке. Пойдем, Крос, пора, — очень технично съехал с вопроса Понс.
Как я и предвидел, честно говоря, что он не будет откровенничать со мной.
Крос торопливо допил обе кружки, расплатился и вышел на улицу. Мы с Охотником вышли следом, скоро уже входим в здание Склада.
Крос, дурачась, крикнул:
— Внимание, господин Почетный Отставник среди нас! Приветствуем его и восхищаемся!
Парни, кто ночует сейчас в городе, окружили нас, здороваясь и радуясь встрече. Вскоре я в кондейке Хранителя получил свои тридцать три серебрушки, прямо, как в той библейской истории.
Но, честно говоря, там не ровно тридцать три, а тридцать три с половиной дана, а угрызения совести меня не мучают нисколько. Кошель опять потяжелел и сильнее оттягивает пояс.
«Пора немного потратиться», — решил я.
Попрощался с гильдейскими, вздохнул, что покидаю уже понятный мне мир Гильдии, и тут же направился в обувную лавку. Заказал там себе две пары обуви: сапоги из мягкой кожи на зиму и невысокие туфли по местной моде. Пару легких шлепок с открытыми пальцами для комфортной жизни в жаркий период купил сразу. За них отдал восемь серебра со скидкой. За сапоги запросили тридцать пять серебра и за туфли двадцать, оставил задаток и договорился, что сам заберу через три дня.
Сразу переоделся в шлепки, походные мокасины закинул в любезно предоставленный серьезному клиенту полотняный мешок. Ногам на воздухе стало гораздо приятнее, пошиты шлепки грамотно из отходов кожи, всяких лоскутков и выглядят симпатично.
Как раз все серебро за трофеи с удачной стычки отдал. За часть трофеев.
«Удачной можно считать ту схватку, в которой ты выжил и не остался покалечен. Даже если ваши не победили в итоге», — напоминаю себе.
Одеться уже не успел: присмотренная лавка закрылась. Да уже все торговые лавки закрылись, только торговля продуктами еще вяло продолжается.






