ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герой — наш ровесник, занесённый в эпоху, похожую на Средневековье после подобия ядерной катастрофы. Он не избранный: без выдающихся навыков, без удачи, что сама плывёт в руки. В прошлом — работа автомехаником и спорт без одержимости, как у многих. Путь, которым он попал в этот мир, не закрыт: вернуться возможно. Но цена этого возвращения неизвестна никому. Сначала нужно просто остаться в живых. Мгновенного превращения в Нагибатора и Имбу не ждите: его дорога выживания куда извилистее и тяжелее. Поэтому поклонникам привычных попаданцев книга, скорее всего, не зайдёт. Обложка — Татьяна Олейник. Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но все же правильно понимаю — прощай тогда, спокойная жизнь, здравствуйте, постоянные хлопоты над своим делом и сопутствующие им неотложные переживания. Только не до того мне сейчас совсем, чтобы в самостоятельный бизнес лезть.

«Сейчас из-за полного охлаждения в отношениях с женой и частично еще с дочерью, я постоянно пропадаю на работе или у родителей на даче. Еще данную неделю целиком — плотно собираю грибы. Они как раз пошли нормально», — вспоминаю я.

Пока воспоминания занимают голову, я потянулся всем телом и попробовал почувствовать руки и ноги.

«Все вроде в порядке, острой боли от переломов не ощущается, руки-ноги вполне меня слушаются, ничего на них не надето, типа кандалов или веревок», — чувствую я.

«О, такое очень радует. После того, что со мной случилось».

А что вообще со мной случилось-то?

«Куда я провалился?» — спрашиваю себя.

«Первого признака принесения в дар жестоким богам на жертвенном камне точно нет. Или не богам, а какому-нибудь чудовищу с багровыми глазами. Не бьют рядом тамтамы и не камлают жрецы-шаманы, держа в руках бритвенно острые ритуальные ножи».

Как говорит мое прошаренное сознание, перечитавшее кучу подобных книг и пересмотревшее немало таких же фильмов.

Тошнота постепенно проходит, только сейчас я осознал, что лежу на чем-то ровном и теплом. И теплота эта сама по себе еще очень хорошая, стабильная и абсолютно ровная, без каких-то камешков или выступов под моим телом.

Звуки шуршания полиэтиленового плаща напомнили о грозе, береге Вуоксы, укромном месте под елями, где я спрятался переждать грозу.

«Я же именно там его надел?» — вспомнил я не без труда.

Далее я начал смутно вспоминать, что со мной случилось из непонятного: молнии за спиной, странный туман, гладкие скользкие стены, Голос, мигающие знаки на верхней крышке саркофага.

«Я жив! — такая яркая мысль затмила все ощущения. — Ведь уже совсем попрощался с жизнью в тот момент!»

И даже при полной памяти, и еще без ощутимых повреждений. Под боком я почувствовал что-то твердое, мешающее мне лежать, протянул руку и нащупал кусок дерева, похожего на полено, еще под ним синтетическую, плотную ткань.

«Мой рюкзак! А полено туда из-под головы переместилось», — узнаю я предметы на ощупь.

На рюкзаке сейчас и лежит частично мое тело.

«Что же еще у меня оказалось с собой перед тем, как я потерял сознание?»

— О, я и такое помню! Что потерял сознание в чертовом саркофаге!

Я еще раз потянулся, разминая тело и обнаружил, что ноги у меня разведены, сапоги немного скользят по поверхности, а между ног все также зажата корзина.

«Неужели в ней остались грибы? Чувствуется, что она нелегкая, значит, не совсем пустая», — понимаю я.

Глаза между тем немного привыкли к освещению, теперь я разглядел, что здесь темно не абсолютно, как показалось мне поначалу.