Я вижу все стены и даже, пусть довольно смутно, сам источник.
Свет наверху стал определенно сильнее, а я подумал, что там, наверно, новый день начинается. Солнце поднялось на небосклоне, теперь лучше освещает Храм внутри.
— Или уже совсем не Солнце поднялось? — возникает такой закономерный вопрос.
Очень захотелось поесть и поспать, но приходится держать свои желания в узде. Лучше постараться понять, куда я попал, чем мне такое место вообще грозит. Ведь ничего похожего на выход или дверь я пока не вижу. Может местные посетители давно научились летать, но путь через верх Храма выглядит слишком непростым для повседневного использования.
«Значит, есть какая-то хитрость в самом Храме, или выход просто хорошо замаскирован», — понимаю я.
Я снова включил фонарик и начал медленно исследовать пол и стены, стараясь смотреть на них под небольшим углом. Поступаю точно так же, как раньше осматривал машины для поиска крашеных элементов, выискивая по-другому положенную краску, неровности, пылинки в лаке или что-то похожее.
Уж очень продвинуто выглядят и Стол, и Стул, и то, как сделан сам источник, и даже сами колонны. Стены и пол так же непостижимо идеально отполированы, ни одной заметной царапины или шероховатости на них не просматривается.
«Ножки Стола, — я внимательно их рассмотрел, — не просто стоят на полу, а как бы вырастают из него и так же безупречно входят в основание столешницы. Есть ощущение, что весь каменный Храм как-то выплавлен из камня, а не вырезан и отполирован потом».
По земным меркам технологии невозможные, а затраты труда просто потрясающие — такое место оказалось бы среди семи чудес света. И точно самым первым из них — сюда стояла бы гигантская очередь из туристов. А здесь пыль лежит вековая и тишина грохочет в ушах.
Учитывая, как я сюда попал, один только туманный саркофаг с мигающими значками — явно неземная вещь, что уж говорить про сам Храм и его чудеса.
«Наверняка, — подумал я, — на Земле может найтись что-то такое похожее, только оно будет совсем секретное».
Однако находилось бы точно не на берегу пустынной реки в полностью свободном доступе для случайных грибников, а в каких-нибудь совершенно закрытых для посторонних граждан лабораториях.
«Раз оно там стоит, значит, про него вообще никто не знает», — приходит вполне ясное понимание случившегося перелета.
— Ладно, сухой теорией будем потом заниматься. Впереди пока жизненная практика, и вот она уже дает первые плоды, — говорю я себе негромко.
В свете фонаря показались первые результаты пристального осмотра. Справа от Стола на стыке стены и пола я обнаружил щель шириной в пару миллиметров и метра полтора в длину.






