ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Позади жаркое лето, в Академии Куб начинаются занятия. Военный концерн «Романов и КО» встал на ноги. Довлатову предстоит разобраться в премудростях целительства. Ветеранский чин? Наследие фамилии? Козни восставших и вылазка крейсера «Суворов». ... Четвёртое Сопряжение миров не устаёт преподносить сюрпризы... в виде удара по голове! Сонный лекарь – 2 Джон Голд Позади жаркое лето, в Академии Куб начинаются занятия. Военный концерн «Романов и КО» встал на ноги. Довлатову предстоит разобраться в премудростях целительства. Ветеранский чин? Наследие фамилии? Козни восставших и вылазка крейсера «Суворов». ... Четвёртое Сопряжение миров не устаёт преподносить сюрпризы... в виде удара по голове! ==================== Глава 1 Церемония приветствия Глава 1 Церемония приветствия 1 сентября 2026 года Остров Аран, Академия Куб (ТОП-3 в Мировом Рейтинге) Ранним утром весьма грубый почтальон чуть дверь мне не вышиб, стараясь поскорее доставить посылку. Оказывается, Гагарина вовремя сообразила, что нормальной одежды для Академии у меня всё ещё нет. Нормальной по меркам высшей аристократии! Так что мне, как одному из основателей компании, ещё неделю назад начали шить три костюма и сегодня экспресс-курьером доставили в Аран через Центр Телепортации. К посылке прилагалась записка, пропитанная женскими духами: «Довлатов, ты лицо военного концерна. Хотя бы для Академии одевайся соответствующе.» Стильный пиджак, жилетка, лёгкий осенний плащ с подогревом, кофты и штаны на все сезоны — глазомер у Гага

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дальше холла их сегодня уже не пускают. Оно и понятно! В Академии учатся больше четырёх с половиной тысяч одарённых со всего света. Если каждый будет таскать с собой по бригаде бодигардов, нам всем тут станет тесно.

Протиснувшись к стойке рецепции, начал разбираться куда дальше идти. Согласно последнему информационному бюллетеню, разосланному зачисленным студентам, на первый курс приняли аж 1120 одарённых почти из всех стран мира.

В Кубе пять факультетов — по три кафедры на каждом.«Целительскую медицину» разделили на три направления — саму кафедру «целебного дела», кафедру «алхимического искусства» и «научно-исследовательскую». Проще говоря — чистые практики, прикладное дело и теоретики-исследователи. Согласно всё той же бюллетени, номер моей учебной группы 1ЦД.

Меня у стойки администрации поймала девушка-индианка в форме сотрудницы Академии.

— Первый курс?

— Да.

Девушка, устало вздохнув, развернулась на каблучках и указала в коридор, перекрытый турникетами.

— Церемонии приветствия для первокурсников пройдут в правой части Куба.

— Церемони-и? Их что, несколько?

— Три. Новых студентов, как обычно много. Вот вас и разделили на группы, — индианка усмехнулась. — Какой-то идиот забыл вчера сделать первому курсу свежую рассылку. Насчёт церемоний… Можете посетить любую. Каждую будет проводить один из попечителей Куба, имеющий ранг абсолюта [7]. На «Аристократические устои» от господина Гауса скорее всего пойдут благородные с кафедры бизнеса, управления и международных отношений. На «Реализм», студенты с кафедры гос-администрирования, прикладных и глобальных процессов. А на «Ксено-будущее», все кафедры военного и целительского факультетов. Господин Мохиндер Суреш один из немногих известных ксенобиологов. А в ранге абсолюта [7] и вовсе единственный.

Индианка вдруг поёжилась.

— Брр! Как вспомню его «Музей тварей Сопряжения», так мороз по коже!

Пробившись через толпу в холле, чуть не потерял подаренный рюкзак. Толпа провожающих родителей скучковалась у турникетов, так что последние метры пришлось пробиваться едва ли не под «Усилением».

Успел! Пара хмурых охранников в чёрном закрыла тяжелые двери в зал «Ксено-будущего». Опоздавших студентов, неторопливо шедших за мной, не стали впускать внутрь.

— Кто вообще такой этот Мохиндер Суреш? — надменно процедил темнокожий студент, ни к кому конкретно не обращаясь. — Йордов сын! Такой фамилии нет в бархатной книге Византийцев.

Договорить темнокожий первак не успел. Свет в зале погас. На массивные двустворчатые окна опустились металлические жалюзи. Секунды через три, воздух в помещении расцвёл трёхмерной картинкой.

[Голограмма! — сердце в груди забилось от удивления. —Да, точно она.