ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вадим Демидов — «попаданец со шпагой» — отдал всё, чтобы русские войска одолели армию французского императора. Фехтовальщик-спортсмен и одарённый химик, он привнёс в военное дело прошлого века целый ряд новшеств — от походных кухонь до динамита. Но враг ещё не повержен, и рано думать об отдыхе. Желанный мир и свадьба с красавицей Настенькой Соковой пока только греза. До них предстоит решительная битва с последним оплотом войск Наполеона Бонапарта… Шпага императора Вячеслав Коротин Вадим Демидов — «попаданец со шпагой» — отдал всё, чтобы русские войска одолели армию французского императора. Фехтовальщик-спортсмен и одарённый химик, он привнёс в военное дело прошлого века целый ряд новшеств — от походных кухонь до динамита. Но враг ещё не повержен, и рано думать об отдыхе. Желанный мир и свадьба с красавицей Настенькой Соковой пока только греза. До них предстоит решительная битва с последним оплотом войск Наполеона Бонапарта… ==================== Пролог Пролог Выпьем за то, чтобы нас всегда окружали хорошие люди! Говорят, что это был любимый тост фельдмаршала Паулюса. Анекдот, конечно… Но конкретно мне в этом мире на хороших людей здорово повезло. И давно уже не хотелось в тот самый конец двадцатого века, где в России цвели и пахли «бандитские девяностые», где мне, для того чтобы набрать денег на лечение сына, пришлось пойти в гладиаторы. Да-да, именно в гладиаторы. Без всяких кавычек. Я даже благодарен той неизвестной силе, что перенесла меня во время рыбалки в начало века дев

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ну, то есть в любом случае сообщите, можно ли выдвигаться к дороге.

В ожидании прошло около четверти часа. Наконец показался Гафар и приглашающе взмахнул рукой.

Мы быстро взлетели в сёдла и направились к «транспортной магистрали».

Однако на подъезде к «пересечению с главной» увидели минёра Гаврилу Ромова, отчаянно семафорящего руками. Ну, понятно — некая нежданочка нарисовалась.

— Обоз, ваше благородие! — вытаращив глаза, объяснял мой подчинённый. — Четыре подводы и человек двадцать кавалеристов при них.

— Точно французский?

— Не извольте сомневаться.

— На каком расстоянии отсюда?

— Так сейчас, пожалуй, около версты уже будет. Там, — пионер махнул рукой вправо по дороге, — лес скоро кончается. Ну я и разглядел… Вот — во весь опор обратно…

— Ладно, молодец, — необходимо было соображать очень быстро.

— Господин Ван Давль! Гафар! — взмахом руки я пригласил подойти обоих.

— Лейтенант, прошу вас сложить руки за спиной.

— В чём дело? — недоумённо посмотрел на меня пленный.

— Не до объяснений. Прошу выполнить мой приказ.

— Извольте, — с лёгким презрением бросил голландец.

Я кивнул башкиру, и тот, прекрасно поняв, что от него требуется, проворно спеленал запястья лейтенанта.

А дальше уже я развязал офицерский шарф у себя на поясе, соорудил нехитрый кляп из носового платка и обеспечил молчание фигуранта на длительное время.

— Прошу простить за временный дискомфорт, господин Ван Давль, но всё делается исключительно в ваших интересах — вы теперь не имеете возможности предупредить своих соотечественников и спасти их. Ваша совесть чиста.

А оказывается, глаза тоже умеют выражаться матом… Во всяком случае, мне так тогда показалось при взгляде на лицо пленного. Ну да ладно, рефлексировать некогда.

— В те кусты, — показал я Гафару, — и ноги свяжи.

Молчаливый кивок в ответ. Шикарные подчинённые эти азиаты!

Времени оставалось всего ничего, я быстро подозвал к себе отряд и поставил задачу за минуту. К сожалению, получилось не оптимально, но организовать сколь-нибудь грамотное развёртывание я категорически не успевал.

Впереди шли три пары кавалеристов. Судя по всему — драгуны: синие с жёлтым мундиры, каски, но почему-то с пиками. В упор не помню, чтобы этот вид конницы вооружался подобным образом. Но об этом после…

Авангард, согласно моим указаниям, пропустили с миром, так же, как телеги, гружённые мешками. А вот замыкающим досталось в первую очередь: сначала прочертили в воздухе свои дымные следы динамитные шашки (пять экземпляров), затем шарахнули из штуцеров егеря (минус четыре), а после этого стали исполнять «Похоронный марш» на своих тетивах Гафар со Спиридоном. К тому моменту, когда они успели снять ещё четверых, догорели, наконец, огнепроводные шнуры у динамита.