Вставшее местное светило оказалось от Раевского справа, и должно было хоть немного, но освещать то, что находилось за порогом. Но нет, лучи, словно наткнувшись на невидимый барьер, не могли проникнуть внутрь дома. А ещё оттуда тянуло угрозой и смертью. Если бы Каскаду не нужно было внутрь, он бы развернулся и ушёл, поскольку инстинкт самосохранения, а может, и ангел хранитель, в голос орал, что соваться внутрь ни в коем случае нельзя.
— Хим, вперёд. Идём с тобой в шаг — ты шаг, я шаг, не отрываешься, всё время рядом. Если почуешь что-то подозрительное, тут же мысленно даёшь знать.
— Да, хозяин, — отозвался слуга.
— Ну, тогда пошли.
И Егор сделал первый шаг через порог этого нехорошего дома. Всего один шаг, а он словно пересёк границу реальности. Всё стало серым, тьма перестала быть непроглядной, по спине пробежал холодок, а изо рта вырвалось облачко пара. Внутри было не жарко, наверное, около минус трёх или пяти. В рваной штормовке и такой же лёгкой водолазке, было некомфортно, но рыться в рюкзаке и тащить наружу свои вещи — не слишком разумно.
— Назад, Хим, отходим, — скомандовал Раевский, и спиной вперёд шагнул обратно на залитую солнцем улицу.
И вот тут его ждал полный облом, он упёрся спиной в нечто упругое, которое не позволило ему покинуть дом. Оно слегка спружинило при нажиме и легонько толкнуло его обратно. Ясно, только вперёд. На всякий случай, перехватив поглотитель душ обратным хватом, Егор попробовал прорезать невидимый барьер. Хрен там, лезвие кинжала, который его ещё ни разу не подводил, скользнула в сторону, словно по стеклу.
— Что, страшно? — поинтересовалась невидимая пока что тень своим жутким ледяным потусторонним голосом. — Я предлагал тебе уйти, ты не послушал, теперь ты принадлежишь мне.
— Один ноль, — ответил Раевский, но как-то весело и бесшабашно.
Страх ушёл, ледяной голос потерял над ним власть, тень лишилась довольно мощного оружия. Если бы она заговорила после того, как Егор вошёл, а потом в первую секунду атаковала, он бы умер почти мгновенно, но сейчас эффект был, прямо скажем, слабоват.
Не отходя от дверного проёма, Егор прижался к невидимому барьеру и принялся изучать место, куда он попал. Большая квадратная комната, четыре двери, ведущие в помещения первого этажа. По центру лестница, не широкая, метра два с половиной, сделана из того же белого камня, что и фасад. Большая площадка, от которой в разные стороны отходят ещё две. Одна ведёт направо, вторая налево, большая галерея по периметру, слегка обвалившаяся, кое-где накренившаяся, надежной она не выглядела. Над головой ещё одна лестница на третий этаж, но туда Раевскому не нужно, его цель на втором. Но он уже видел проблему, именно правая часть галереи, ведущая в нужном направлении, выглядела наиболее плачевно.






