ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Разборки в московском клубе закончились быстро. Девушка убила нахала ножом в глаз, её спутник разобрался с остальными. Профессионально, мгновенно. Милиция только развела руками: таких профи у нас нет, и словечко они странное употребляли — «унтерменш». Немецкое. Фашистское. Только вот для них оно не ругательство. Бригаденфюрер Отто Шрамм и поручик Магда Фёдорова — разведчики Союза, где Гитлер, Корнилов и Муссолини создали Золотой Век. Где арийцы властвуют, а недочеловеков отправляют в резервации. И теперь Верховный Фюрер Иван Геринг решает: этот мир — с его грязью, коррупцией и засильем чужих — надо спасать. Или зачищать. Начинают с малого: покупают завод за золото, ставят порталы. А потом просто выдёргивают из этой реальности целую деревню — вместе с людьми. Серёга Фёдоров приходит в себя в белой палате. Соседи, односельчане. Все свои. Ни хачей, ни ментов, ни председателя. Еда вкусная, одежда новая. А потом прогулка — пальмы, синее небо. И на лацкане у санитара — аккуратный значок со свастикой. И непонятно: то ли это рай, то ли очень хорошо замаскированный ад.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Оба высокие, от метра восьмидесяти семи до метра девяносто. Фигуры — спортивные. Он: вес, примерно, под сто килограмм, очень накачанный. Молниеносная реакция. Блондин. Натуральный. Глаза карие. Но странные.

— Что значит — странные?!

— Непонятные у него глаза. Как у Терминатора. Продолжаю, товарищ майор. Девушка. На вид — двадцать три года. Шатенка. Светлая. Фигура — 90-60-90. Вес — около 60 килограмм, примерно. Это все мужики в зале подтвердили. Парочка эта не танцевала, просто сидела и смотрела на посетителей. Спиртного не заказывали. Пили соки и минералку. Официант утверждает, что они не местные. В смысле, не русские, тьфу, россияне. Между собой говорили на незнакомом ему языке, напоминающем смесь русского и немецкого, и ещё какого-то, но к нему обращались на чистом русском, без всякого акцента. И вот ещё, одежда у них была очень интересная. По виду — изготовлена очень добротно, на заказ. Но вот фирму никто определить не может. И ещё, когда они уходили, блондинка бросила своему спутнику, мол, пристают тут всякие «унтерменшен»… Вам это слово ничего не говорит, товарищ майор?

— Ну… Нет. А тебе, Петрович?

— Мне поначалу тоже нет. Но когда я навёл справки… Слово это немецкое. Обозначает — недочеловек. Этим термином фашисты нас в войну называли. Так что, есть версия, товарищ майор, что это боевики из одного из националистических течений, нам неизвестного. Работаем в этом направлении.

— Понятно. Стоит попробовать. А что-нибудь ещё есть?

— Я же говорю, товарищ майор, одни странности. Расплатились они заранее. Оставили даже на чай ровно 10 % от счёта. Деньги — настоящие, как ни странно. Но вот куда потом сами делись — никто не видел. Ни в машину не садились, ни в подъезд не спрятались. Мы всю округу на ноги подняли — никто таких не видел. И вот что ещё, товарищ майор… Мы показали фотороботы неизвестных нашим товарищам из подразделения неопознанных трупов. Ну, те, что по останкам восстанавливают. Так они в один голос орут, что ТАКИХ людей у нас быть просто НЕ МОЖЕТ. Рослый европеец, не заморенный, слишком уж, как бы это лучше сказать, холёный что ли…

— Может, крашеный?

— В том то и дело, что нет. Волос нашли его, на месте происшествия. Натуральный блондин. Отдали на генетическую экспертизу. Результаты ожидают утром…

Майор устало потёр глаза. Вот же чёрт, что называется, не повезло…

— Ладно, иди Петрович. Если что прояснится — сразу докладывай…

Научная Зона 2-бис. Район Сибири.

Светящаяся рамка между стоек ворот вспыхнула искрами, и из бледно-зелёного марева появились две фигуры.

— Выключить поле! Приступить к процедуре один!

К пришельцам бросились затянутые в прозрачные пластиковые комбинезоны бактериологической защиты фигуры. Зашипел выбрасываемый из распылителей газ, затем донеслось отчаянное кашлянье.

— Чёрт возьми.