ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Гулять по землям возле Лазоревой долины и совать нос за пределы — затея не для слабонервных. Тут тебе и нежить, и порча, и тьма в самом сердце... словом, скучать не дадут. Однако у такого любопытства есть и светлая сторона: увидеть своими глазами первохрам, пожать руку темному богу, заручиться поддержкой светлых богинь, стать свидетелем появления хранителя… что может быть лучше? Ведь там, где творятся чудеса, всегда найдется место для авантюр студентов Академии колдунов, ведьмаков и магов. Трое в долине Александра Лисина Гулять по землям возле Лазоревой долины и совать нос за пределы — затея не для слабонервных. Тут тебе и нежить, и порча, и тьма в самом сердце... словом, скучать не дадут. Однако у такого любопытства есть и светлая сторона: увидеть своими глазами первохрам, пожать руку темному богу, заручиться поддержкой светлых богинь, стать свидетелем появления хранителя… что может быть лучше? Ведь там, где творятся чудеса, всегда найдется место для авантюр студентов Академии колдунов, ведьмаков и магов. ==================== Пролог Пролог Вам когда-нибудь доводилось осознавать себя во сне? Не просыпаться, мучительно пытаясь вспомнить детали, не выдыхать с облегчением, выбираясь из паутины ночных кошмаров, а именно находиться во сне, поразительно похожем на реальность? Со мной, например, такое случилось впервые. Я совершенно точно знала, что сплю. Прекрасно помнила, что было со мной в «той» жизни. Сознавала, что все происходящее как бы понарошку, но при этом обладала свободо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Военные, ученые, маги, колдуны… даже храмовые служки, у которых в сундуках нашли уже готовые споры и темные семена! Всего через месяц-два у нас заполыхали бы новые города и народилось бы несколько сотен свежих пятен. На наше счастье, среди полноценных жрецов ереси выявлено не было, так что отец Рион может спать спокойно, но в остальные сферы они успели проникнуть на удивление глубоко, так что людям Доверо придется немало поработать, а после того, как все закончится, скорее всего, пересмотреть подход для выявления еретиков.

Ларун нахмурился.

— Вот она, настоящая скверна. Не в темных пятнах, не в головах у тварей, а в наших собственных мыслях. Предать страну, народ… кинуть на алтарь темного бога родных и даже детей… Надеюсь, отец Рион не оплошает и вырвет эту заразу с корнем.

— Он, кстати, тебе отдельную благодарность передавал. Как выяснилось, одежда, в которой ты явился из долины, и амулеты, которые, хоть и разрядились, но тоже успели там побывать, жрецы внимательно изучили и обнаружили очень интересную вещь. Оказывается, все они до сих пор отчаянно фонят и, что самое любопытное, в присутствии еретиков, особенно тех, кто плотно контактировал с проклятыми камнями, даже твои сапоги начинают сиять!

— Хорошо, что не подштанники…

— И они тоже, — кивнул ректор. — И вообще все, что ты принес оттуда с собой. Так что всю вашу экипировку святоши изъяли, разобрали по пуговкам и в самое ближайшее время в Норн направится (если император и орден уже не подсуетились, конечно) целая делегация с просьбой передать новому хранителю заверения вечной дружбы и огромнейшую просьбу освятить храмовые амулеты в свете той истинной веры, которой пропитаны стены первохрама.

— Вильгельму какое-то время будет не до них. Да и мроны вряд ли вот так просто кого-то туда пропустят. Мост же еще не восстановили?

— Насколько мне известно, нет. Барьер пока тоже не снят, но переговоры по этому поводу уже ведутся, и на этот раз у оборотней есть весомые аргументы, над которыми императору придется задуматься, прежде чем что-то решать… в том числе и в отношении наших студентов.

— Думаешь, он так легко выпустит из рук абсолюта?

— Нет, — улыбнулся ректор. — Но он может предложить химерам официально войти в состав империи. С сохранением особых привилегий и получением немыслимых льгот, разумеется. Их вожак, если помнишь, все еще числится моим преподавателем — контракт подписан на год. А за это время Миррт может поразмыслить, осмотреться в Дамане, оценить все плюсы такого перехода и сделать выбор, который в итоге определит судьбу его народа. Он ведь от пары не откажется. А Корно, между прочим, присягу давала, поэтому ее уход даже в сопредельное государство может быть расценен императором как дезертирство.

— Миррт не дурак, — задумчиво обронил Ларун.