Разрабы Патриама особо не заморачивали игроков повышенным реализмом.
— Кстати, а ты чего орал, когда я за бороду тебя вытянул? У тебя чего, вирт болевые ощущения передает? — спросил я, осматривая арбалет. Медвежьи зубы, к счастью, не оставили глубоких следов, но мастеру точно надо будет показать.
— Я что, по-твоему, мазохист? — удивленно переспросил Винтик, вставая. Затем он ласково пригладил то, что еще пять минут назад было приличной гномьей бородой, — Она для любого гнома — предмет гордости. А ты вот так взял, да схватил! Гнома за бороду, лукарь! — он топнул, подняв брызги.
— А, ты роль отыгрываешь, — прокряхтел я, тоже поднимаясь.
Винтик достал банку здоровья, и стал вливать в себя, словно Карлсон варенье. Он покосился на питомца…
— Тихо! — вдруг шикнул гидровец и показал на Рузика.
Медведь, выгнув шею и растопырив уши, прислушивался к чему-то. Едва мы притихли, как на нас снова накатила тишина болот, нарушаемая только редкими звуками их обитателей.
Я изо всех сил напряг слух, и через некоторое время услышал то, что выбивалось из общего фона. Кажется, это голоса игроков.
— Они на тропе, — шепнул Винтик.
— Это наши?
— А я знаю? Сокланы на карте не отмечаются.
Кстати, карта! Блин, опять чуть не забыл. Я залез в интерфейс, чтобы врубить наконец трекинг животных. И ахнул, зажав себе рот.
— Ты чего, лукарь? — гном подозрительно глянул на меня.
— Трекинг вруби.
— Твою же мать! — через секунду прошипел Винтик, — Да тут все кишит.
И правда, вся карта вокруг нас была испещрена красными точками. Болотные Попрыгаи, кажется, сидели здесь в любом омуте, куда не ткни. Тут же были какие-то Трясинники, и я вздрогнул, заметив даже Пиявчатых Сколопендр, длинными красными линиями перемещающихся где-то на краю карты. Скользкие пиявки всегда вызывали у меня омерзение, а уж громадные сороконожки-сколопендры — это просто тихий ужас. И несмотря на забавное название, видеть, что представляет собой помесь этих двух существ, я не желал даже в виртуале.
Кстати, а как обозначила меня накидка здесь, в болотах Дефри.
Мнимый Древоног, 68 уровень
Самое удивительно, вокруг были и другие Древоноги. Только их не было видно — вокруг только осока, камыши, и высохшие деревья. Одни были толстыми и невысокими, со скрюченными стволами, другие, потоньше, торчали из болота словно корявые жерди, исчезая наверху в туманном мареве. Если тут и есть Древоноги, значит, они, как и лягушки, прячутся в трясине.
— Так, ну можно потихоньку пройти, — шепнул Винтик и двинулся в сторону тропинки, не вытаскивая ног из воды, чтобы сильно не плескать, — Врубай маскировку, она тут должна помочь.
Я кивнул и пошел за ним, на всякий случай посматривая на карту. Из всей фауны больше всего не хотелось быть пойманным сороконогой пиявкой, уж лучше сразу в омут к Попрыгаю нырнуть.






