Так, призрачный лекарь и сидел какое-то время среди развалин деревни, пока до ушей мужчины не донёсся слабый кашель.
Рывком, встав на ноги, Гинсен закрутил головой и увидел вдали тело ребёнка, что совсем недавно был, одержим Шаюнем, ставшим демоном, пожирающим людские духовные основы.
— «Неужели жив?» — Пролетела в голове мысль, а Гинсен уже быстро шёл к ребёнку.
Подойдя к мальчику, что лежал неподвижно в грязи, Гинсен усмотрел, слабое вздымание грудной клетки ребёнка.
— Живой. — Протянул призрачный лекарь, вставая на колене перед мальчуганом, протягивая руку к телу.
— Спасибо, — внезапно прохрипел сдавленно и тихо ребёнок. — Идите. Не хочу, чтобы вы видели, как я умру. — Разразился мальчик судорожным слабым кашлем.
— А кто сказал, что ты умрёшь? — сквозь зубы выдавил Гинсен, чувствуя в груди щемящую боль, приступая к лечению ребёнка.
На горизонте поднималось солнце, неся начало нового дня, а призрачный лекарь и мальчуган, что были вымазаны полностью в грязи, сидели, прислонившись спинами кнопу сена, что закрывал собой развалившийся остов телеги.
Первым поднялся на ноги Гинсен, кряхтя как старый дед, чьи чёрные как воронье крыло волосы, после минувшей битвы украсили белые пряди.
Мальчик же потупил грустный взгляд, стараясь не смотреть на лекаря, всё так сидя на сене, с вытянутыми ногами, а его губы слегка подрагивали.
Гинсен положив руки в поясницу, выгнулся назад и блаженно охнул, начиная делать круговые движения тазобедренным суставом.
— Ну. Пора и в путь. — Произнёс призрачный лекарь.
Мальчик только ещё больше погрустнел, от слов лекаря, поджимая к груди ноги, обняв руками.
— Ну и что ты сидишь? — Повернулся вполоборота Гинсен, улыбаясь ребёнку. — Решил здесь остаться? Пошли уже.
Мальчик радостно вскинул голову и вскочил на ноги.
— Правда, можно? — Смотрел ребёнок во все глаза на призрачного лекаря, чей силуэт начал освещать восход солнца.
— Да пошли уже олух, — встал спиной к пареньку Гинсен, смотря как поднимается всё выше на горизонте солнечное светило. — Но сразу скажу, у меня никогда не было учеников. Так что я хрен знает, что из этого выйдет. Да и с детьми я обращаться не умею. Но вот одна барышня, что жаждет от меня детей, думаю, умеет. Так что пошли, обрадуем женщину.
Паренёк кивнул и прытко поравнялся с призрачным лекарем, начиная идти, прочь из разрушенной деревни.
— Гинсен. А я смогу стать таким же, как ты? — Идя рядом с призрачным лекарем, произнёс парнишка, заглядывая в лицо мужчине.
— Учитель. Зови меня учителем, олух, — криво улыбнулся Гинсен. — И ты сначала подрасти. А там вино будет. А то олух олухом. Тело щуплое, даоки нет. Да и руки, возможно, криворукие. Вон смотри. Взял первого ученика и сразу седые пряди. Теперь девушки будут думать, что я дед какой-то.






