ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Скончавшись от болезни, которую врачи не смогли победить, так и не узнав, каково это — жить по-настоящему, юноша оказывается в мире, где сражения не прекращаются ни на миг. Его новая обитель — тело пятого отпрыска старейшины клана Ветра. Теперь его реальность — это культивация. Здесь выживает лишь тот, кто силён; слабые обречены на жалкое прозябание. Рассказ о том, на ком все поставили крест, ведь путь cultivation был для него закрыт. Но именно он, вопреки всему, ступил на тропу, что ведёт к вершинам боевого мастерства, триумфу и признанию.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Игла в руке молодого парня тускло блеснула голубым свечением, и он ловким движением вонзил её в тело зверя, а следом ещё несколько игл, наблюдая при этом, как от его манипуляций раны на теле волка переставали кровоточить.

Взяв ещё несколько игл, Ян воткнул их, словно только одному ему ведомые места на теле зверя, после чего приложил руку к его шкуре. Ладонь сразу окутала голубая дымка, а раны стали быстро затягиваться.

— У него ещё жёлчный пузырь больной. Не забудь про пузырь, олух. Да и иглы втыкай точнее. Сколько раз об этом тебе говорить. — Лыбился довольно призрачный лекарь, смотря в сосредоточенное, с каплями пота лицо своего ученика.

— Да знаю я. — Отмахнулся от учителя Ян.

Его рука скользнула по правому бедру, на котором был закреплён чехол для игл, после чего Ян извлёк из него иголки. Секунда и он, обмазав их травяной мазью, вогнал иглы в тело волка.

Зверь, будучи без сознания, дёрнул пару раз задней лапой, а Ян уже наносил мазь на рубцующиеся раны.

— Ну вот и всё клыкастый. Будешь как новенький. — Потрепал по шкуре зверя Ян, извлекая при этом из него иглы и убирая их обратно в чехол.

— Жить будет, — подвёл итог лечения призрачный наставник. — Хотя твои кривые руки он будет помнить долго. Это какой? Двадцатый или тридцатый волк. Им теперь можно в стаю собираться и обсуждать, какой ты криворукий лекарь и как они от тебя настрадались.

Под смех своего вечно смеющегося над ним учителя Ян встал в полный рост и пошёл в кусты, а за ним следом по ветвям могучих деревьев, радостно посвистывая, прыгал зверёк, похожий чем-то на белку и одновременно мелкую куницу.

В спину же раздавались бредни его учителя про секту пострадавших от моего лечения волков и прочих лесных обитателей, на которых Ян оттачивал навыки лекаря.

Идя по дремучей лесной чаще, Ян вдруг остановился, смотря на поросшие мхом и растительностью кости человека. На его плечо тут же спикировал бежавший следом зверёк и весело засвистел прямо в ухо, а на парня нахлынули воспоминания о том, как он тут очутился, и как раздобыл все необходимые предметы для лекаря.

— Бери давай. Он дохлый. Ему это уже без надобности. Что добру пропадать. А тебе в хозяйстве очень пригодится, — потирал азартно руки Гин, паря над костями, которые, скорее всего, принадлежали мужчине. — Вон, цветочек ему в глазницу вставь, в знак благодарности. И давай живее, нам ещё надо кучу трав отыскать.

Ян присел над костями, складывая ладони вместе, слегка поклонившись им, после чего забрал у былого владельца свёрток с иглами и уцелевшие баночки, валяющиеся с ним рядом, а также короткий серповидный нож, который использовали лекари для сбора лечебных трав.

— Ну и молодец. Я же говорил, не пропадём тут, — Как всегда жизнерадостно болтал Гин.