ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Скончавшись от болезни, которую врачи не смогли победить, так и не узнав, каково это — жить по-настоящему, юноша оказывается в мире, где сражения не прекращаются ни на миг. Его новая обитель — тело пятого отпрыска старейшины клана Ветра. Теперь его реальность — это культивация. Здесь выживает лишь тот, кто силён; слабые обречены на жалкое прозябание. Рассказ о том, на ком все поставили крест, ведь путь cultivation был для него закрыт. Но именно он, вопреки всему, ступил на тропу, что ведёт к вершинам боевого мастерства, триумфу и признанию.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Простонал Ян, поднимая взгляд на свод пещеры, чувствуя в данный момент неизвестные до этого момента ощущения, как в груди, так и в штанах.

Закончив через какое-то время мытьё девушки, Ян быстро утёр тело вторым подобием полотенца и укрыл покрывалом, после чего схватив ведро, он вышел из пещеры, увидев, как солнце уже клонилось к закату.

Тяжело дыша, Ян старался успокоить дыхание и сердцебиение. Спустя минут двадцать у него это вышло, а ещё через пару минут из пещеры донёсся голос Гина, звавший его обратно.

Ян, вновь очутившись в пещере, увидел, как начинало лихорадить девушку, которая, не приходя в себя, перекатывалась с одного бок на другой, пребывая в беспамятном бреду.

— Что происходит? — подошёл к незнакомке Ян, присаживаясь на корточки перед ней.

— Лихорадка, — буднично ответил его учитель. — Она была ослаблена не только ядом, но и сражением. Ты вывел яд и залечил её раны. Но общий подрыв здоровья, ослабление тела и органов вполне очевидно. Они же уже пострадали. Организм начал бороться с последствиями. Но на этом фоне взыграла лихорадка.

— И что делать? — дотронулся до плеча перекатившейся к нему девушки Ян. — Да у неё озноб. Температура падает. Надо корень белой бегуньи.

— Он кончился. — Цокнул языком Гин, скорчив кислую мину.

— Корень Ланелии? — Тут же вспомнил замену Ян.

— Ты его сначала приготовь, — ехидно скривился призрак. — Да и ты её убить, что ли, решил. Органы ослаблены ядом. Органы слабые. Она и умереть может от такого сильного ингредиента.

— Развести костёр. Да побольше? — Нервно предложил Ян.

— Решил сжечь её? Или зажарить? — усмехнулся Гин. — Такими темпами ночь она может и не пережить. — Сокрушённо, и словно слегка фальшиво протянул Гин. — Бедная девочка.

— Иглы⁈ — Словно вспомнил о панацее Ян.

— Тебе только кому-нибудь воткнуть. Изверг.

— А что делать-то тогда? — Не зная, что уже и придумать, произнёс парень.

— Раздевайся. — Неожиданно произнёс призрак лекаря.

— Чё⁈ — Вытаращился удивлённо на учителя Ян.

— Снимай штаны и рубашку, говорю, — ухмыльнулся Гин. — Будешь согревать девушку.

— А это сработает? — Чуть не забыв, как дышать протянул Ян, увидев, как перевернувшаяся к нему спиной черноволосая девчонка оголила упругую попку, которую прикрывало только маленькое количество красной ткани трусиков.

— Верь своему учителю ученик. И снимай быстрее штаны. Ночь обещает быть холодной. Только сперва. Всё же костёр разведи, а то от свечей тепла не дождёшься. А после жива штаны долой.

Ян, быстро схватив заготовленные дрова, сложил их в выложенное камнями место для костра и, запихав туда больше, чем обычно, сухой соломы, поджог от прогоревшей на половину свечи, что была сделана из воска диких пчёл.