ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что делать заурядному книжному червю из текущего века, если он очутился в беспощадной монархической России, где ещё и колдовство какое-то водится? Книжному червю как раз просто. Вадбольский – 2 Юрий Никитин Что делать заурядному книжному червю из текущего века, если он очутился в беспощадной монархической России, где ещё и колдовство какое-то водится? Книжному червю как раз просто. ==================== Часть первая Глава 1 Часть первая Глава 1 Тьма ударила с такой ощутимой силой, что в голове загудело. Оказывается, я чувствительнее мальчика со скрипкой. Мир пошатнулся, я растопырил руки, земля под ногами исчезла, долго-долго падал, внутри от ужаса всё сжалось в холодный ком. Но подошвы без удара уперлись в твёрдое так уверенно, что сразу со стыдом понял: никуда не падал, простой двухсекундный обморок, как бывает на быстро вертящейся карусели. Вместо черноты перед глазами мелькнула чёрно-белая картинка, а затем мир вспыхнул неприлично ярким цветом, как на карнавале. — Дрон, — велел я мысленно, — быстро общую картинку! Мышка выбралась из-под воротника камзола, привычно и уже без команды облеклась в стелс-форму, самой так безопаснее, оттолкнулась мягкими лапками и взмыла в воздух, растопырив кожистые крылья. Эта Синяя Щель из которой не возвращаются, на первый взгляд такая же, как и та, первая, где мы побывали в героическом для суфражисток рейде. И ничего в ней синего, здесь так классифицируют по уровню сложности. Предыдущие как бы вовсе бесцветные, а у этой какая-то градация. Д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она сказала быстро и с восторгом:

— У меня от того, что ты принес в прошлый раз, волосы стали такими роскошными и пушистыми!.. Все спрашивают, завидуют.

— Подумай, — сказал я, — выгодно ли будет наладить выпуск небольшими партиями? На большие не рассчитываю, это нужно людей нанимать, обучать…

Она сказала горячо:

— Конечно же, всё пойдет нарасхват!.. Конечно, если большими партиями, то цены чуть упадут, всё-таки воспользуется не только высшее сословие, но и простые дворяне, может быть даже дочери богатых купцов… но всё равно это выгодно!

— Займись, — повторил я. — В случае успеха, тебе этим и заниматься. У меня других дел по самое не могу, но тебе помогать буду. Например, с охраной. В таком мире живем, без неё не обойтись.

Она поцеловала меня чувственно, и в то же время дружески, дескать, вязка это хорошо, но сотрудничество вообще прекрасно.

Особняк графини расположен на хорошо освещённой улице, где подряд идут добротные дома знати, но извозчика в такой поздний час ни одного, я вздохнул и двинулся на параллельную улицу по тёмному и плохо обустроенному переулку.

Я сделал несколько шагов по темноте, смотрел только вперед, но все чувства показывают, что совершенно бесшумно настигает человек в тёмном плаще и надвинутой на глаза шляпе, сердце его стучит учащенно, от него доносится аромат хорошего вина, но выпил, чувствуется, самую малость…

Кто-то из старых недругов или какой-то ухажер графини, который домогается её тела? А так, кто кроме них… Громовы вроде бы отпадают, урок я им преподал… или ещё не успокоились? Но может быть и кто-то из той тройки старшекурсников, которые пытались устроить мне встречу ночью в конюшне… Кто ещё, Каратозов, Ротбарт?

Он двигается быстро и грациозно, я выждал, когда он замахнется, резко повернулся, перехватил за узкую кисть руку с зажатой в кулаке рукоятью узкого кинжала.

Второй рукой врезал от души в солнечное сплетение. Всё так быстро, что у самого заныли связки, а он охнул, пальцы разжались, я подхватил кинжал на лету и сразу приставил лезвие к его горлу, для убедительности надрезал кожу, пусть текущая по коже кровь покажет, что при малейшем движение умрет.

— Кто нанял? — поинтересовался я.

Преодолевая боль, он высокомерно улыбнулся.

— Всё равно убьешь… Какой мне смысл?

— Могу пытать, — сказал я жёстко, — взвоешь…

— Взвою, — согласился он, — но всё равно не скажу. Я дворянин, моя честь не позволит… Да и какая разница? Умереть в муках — всё равно умереть.

Его интеллигентная речь и мягкий голос всё больше нравились, к тому же отвращение к очередному убийству дошло до края и вот-вот хлынет по стенкам.

— Могу оставить жизнь, — сказал я неожиданно для самого себя. — Всего лишь Клятва Крови.

Он безжизненно улыбнулся.

— Иногда смерть лучше, чем позорная жизнь.