— Интересный вопрос. Конкретного плана у меня нет — слишком шокирующая находка, которую никто не мог ожидать. Пока могу сказать, чего я точно не намерен делать — отдавать их — я кивнул на капсулы — в руки «НаноТеха».
— Почему?
— Михалыч, ты не хуже меня понимаешь, что в этом случае в живых их никто не оставит. Из сна, возможно, выведут. Но совершенно точно не для того, чтобы с почестями выпустить в мир.
— Из чего такие выводы?
— Ты дурака то не включай, старый пустотный волк, жизнью битый и в кумпол, и под зад. Все ты прекрасно осознаешь.
— Я хочу услышать твои соображения.
— Да, пожалуйста. Общественный резонанс — раз. Вопрос легитимности текущей власти при наличии живых имперцев — два. Заметь, не потомков непонятно кого с окраинной системы, а кадровых военных — с высокой вероятностью дворян в неслабых титулах! Желание добраться до военных секретов прошлых лет, что при наличии их носителей переходит из плоскости фантазий, во вполне реальный вариант — три. Есть еще всевозможные четыре, пять, шесть и так далее. Но чего в том списке нет, так это дальнейшей жизни данной четверки. Вплоть до того, что вряд ли кто-то пожелает заморачиваться с интеграцией в современное общество жалкой горстки людей с напрочь устаревшими базами и имплантами, с совершенно иным ценностным аппаратом. То есть — представлением о добре и зле, чести и достоинстве настоящего имперца, месте военного и офицера в этом мире в конце — концов.
— Ты не передергивай! Мы имперцы! И они — тут уже Ушаков кивнул на капсулы — имперцы!
— Особенно механоид — не смог не съязвить я — его как раз в первую очередь на запчасти разберут. А по поводу твоего горячего спича… да, и они, и вы, и даже теперь я — имперцы, только вот неужели мы одинаковы в этом статусе? Даже сравнивая тебя и меня. Почувствуй разницу, как говориться. И теперь добавь сюда, что они — снова кивок на капсулы — имперцы, которые угрожают действующей элите самим фактом своего внезапного появления в том времени, где им по всем законам здоровой логики, не место. А правильнее — не время! Тебе напомнить, кто является верховной властью в случае смерти или недееспособности императора до момента вступления в права наследника или смены династии?
— Высший командный состав армии и флота, находящийся в этот момент в пределах империи.
— А теперь подскажи мне, дорогой товарищ капитан второго ранга, кто из действующего кабинета министров имеет военный чин?
— Никто. Но их выбрал народ империи!
— И что это меняет? Даже не так. Зачем испытывать на прочность текущий порядок, если достаточно всего лишь не пробуждать четырех разумных. Берешься предсказать действия корпоративных боссов?
— Нет.
— Ну, хотя бы сам себе-то не ври. Все ты уже понял.






