ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Триша собирает букеты, варит кофе и ведет хозяйство в «Кофейной гуще». Утро начинается с гостей: сероглазая Меламори и ее спутник. Они ищут пристанище, и Триша была бы рада, если б они задержались подольше. Но есть у них секреты на двоих, и главный из них — какой-то Джуффин, из-за которого даже невозмутимый Макс нервничает. Триша умирает от любопытства, но Франк лишь загадочно улыбается. Вечером тот самый Джуффин, в роскошном тюрбане и серебристом плаще, переступает порог кофейни. Оказывается, он сочинил Макса, тот когда-то попытался вернуться в Ехо и чуть не уничтожил город. Теперь Джуффин предлагает ему просто дружить. Или все же расскажет за ужином историю — о временах, когда он был наемным убийцей и возглавил Тайный Сыск? Триша уже предвкушает, а песочные часы перевернуты.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Триша ахнула, схватилась за голову: «Я же ничего не успеваю!» — бросилась в погреб за копченым медом, травяным маслом и сушеными цветами, но в конце концов все закончилось хорошо: Франк пообещал сварить свой фирменный кровяной суп на дождевой воде и немедленно взялся за дело, а гости сами вызвались помогать, резать цветы и фрукты для салата, так что Трише только и оставалось усесться на самый высокий табурет и командовать приготовлениями, чувствуя себя не хозяйкой кофейни, а сказочным генералом.

В сумерках, когда солнце уже опустилось за горизонт, а лиловое молоко ночи тонкими струйками потекло по тротуарам, парадная дверь «Кофейной гущи» тихо скрипнула, отворяясь. Франк удивленно нахмурился, Триша сразу поняла, почему: шагов-то не было слышно, никаких, а сероглазая Меламори с гордостью объяснила: «У шефа совершенно бесшумная походка». Макс вроде бы бровью не повел, как сидел спиной ко входу, так и не дал себе труда обернуться, рассеянная улыбка по-прежнему блуждала по его лицу, но Триша заметила, что он подобрался, как кот перед прыжком. Видно, что сам еще не решил, что будет делать: нападать, или удирать, или просто на месте останется, но приготовился ко всему.

Дверь, наконец, допела свою песню, распахнулась настежь, и в кофейню вошел высокий пожилой господин в костюме столь роскошном и экзотическом (затейливый тюрбан, длинный серебристый плащ, мягкие остроносые узорчатые сапожки ручной работы), что впечатлительная Триша чуть было за карандашом и блокнотом не бросилась: зарисовать такую красоту на память, а то ведь потом не вспомнишь деталей, известное же дело. Но вовремя передумала: гость небось надолго задержится, а самое интересное пропускать — нет дураков!

Впрочем, увидев хищное, красивое лицо гостя, Триша тут же и думать забыла о его костюме. Неужели у людей бывают такие вот раскосые глаза, светлые, как пасмурное небо? Или свой брат оборотень пожаловал? Таких гостей в «Кофейной гуще» еще никогда не было, вот и Франк глядит с нескрываемым интересом, головой качает уважительно. Дескать, ну дела!

— Я не ошибся адресом, — гость начал фразу с вопросительной интонацией, а закончил уже как утверждение: сам все, вернее, всех увидел и понял, что с адресом полный порядок.

— В приглашении не был указан номер дома, — объясняет он. — Конечно, я мог воспользоваться этой открыткой как проводником и просто дать ей перетащить меня на ваш порог, для того она и предназначена, но я привык совершать такие путешествия самостоятельно. Это и познавательно, и приятно.

Гость говорит громко и как бы для всех, но видно, что обращается он большей частью к Франку, отвечая на его невысказанный вопрос.