— Карбышев Дмитрий Михайлович, генерал-лейтенант…
От этих слов, только что сказанных этой невысокой и симпатичной женщиной, меня как пльным мешком ударило!
— Что с вами?
— Вам плохо? — Чуть ли, не в один голос забеспокоились врачи.
― Ничего страшного, просто неожиданно…
— Вы знаете товарища генерала? — Задала вопрос Лидия Михайловна.
— Лично нет, но очень много слышал о нем… Ладно, я пошел заниматься эвакуацией генерала…
К Маркони я пошел сразу. Он когда услышал его фамилию, то мигом составил и зашифровал радиограмму в штаб армии и мы уже втроем — к нам добавился еще радист, пошли к самолетам, там должен был быть дед Павел.
— Полетим с генералом на «Шторьхе»! — однозначно высказался Нечаев. И сейчас лучше на нем отлететь хотя бы на полсотни километров и дать радиограмму.
— Добро!
— С тебя командир пару рот бойцов! — Я поднял на него глаза…
— Одна цепь собирает всевозможный мусор с полосы, вторая срывает кочки, третья засыпает ямки. А еще при необходимоски надо все качественно замаскировать…
— Понятно. Пал Игоревич, ты мне лучше скажи, этот твой аист сможет взять троих, вообще они туда вместятся?
— Правое сидение снимем, будет нормальное место для носилок, а сопровождение разместим за пилотом, есть там закуток. Как раз для миниатюрной девушки.
— Тогда за дело.
Я шел к себе в штаб, когда за спиной заработал авиамотор и трофейный «Шторьх» пошел на взлет.
* * *
К моему приходу, все командиры, кому было положено уже дисциплинировано ждали. Климовский специально для таких моментов завел полтора десятка раскладных немецких стульев, удобный складывающийся стол и пару треног с перекладиной, на которую удобно вешать при необходимости карту.
— Ну как, успели отдохнуть?
— И даже побриться, товарищь командир!
— Тогда приступим. Как всем вам известно, мытолько что разгромили штаб армии и подорвалибольшой эшелон с топливом, который следовал к линии фронта. Что это значит для противника, вы понимаете.
— Замедление темпов наступления…
— Не только это. Лично для нас это означает, что на нас уже спущены все собаки. Поэтому, прямо сейчас нам надо выработать решение, как нам лучше пробится к своим.
— А что тут думать? По кратчайшему пути… Р-р-р-аз и в дамках! — Раздался голос командира успевшего побриться.
— Не все так просто… — Тут пришлось взять небольшую паузу. — По полевому уставу РККА 1939 года, дивизия в обороне занимает по фронту 8–12 км и в глубину от 4 до 6 километров, значит штаб дивизии должен быть примерно в 8–10 километрах, где артиллерия его арантированно не может достать. Наверняка и у немцев как то так.






