Ничего, не долго им осталось небо коптить, наказание должно быть адекватно преступлению, а потому рядом с ещё горящим амбаром в землю врыты двенадцать кольев с перекладиной. Это чтобы эсесовцам было удобней на них сидеть.
Почему двенадцать кольев, ведь пленных тринадцать, а потому, что их командиру, оберштурмфюреру Майселю уготована другая казнь. Пока мы тут стоим, подходят новые подразделения и их командиры собираются возле меня. Вот и полковойкомиссар подошел.
— Товарищ капитан, что вы хотите сделать с пленными?
— Ничего особенного, казнить военных преступников, они сожгли в этом амбаре все население деревни.
— Как?
— Подчиненных посажу на кол, а из их командира сделаю японскую свинью.
Все замирают в ступоре, они уже слышали от старожилов о казнях летчика, который расстрелял беженцев и солдат, изнасиловавших и убивших наших медсестер. Судя по всему, они не особо в это не верили, а тут все происходит прямо перед их глазами. Колья уже были вкопаны, а потому влив в немцев по кружке их собственного шнапса, это чтобы эти суки сразу от боли не сдохли, их, со связанными за спиной руками закинули в кузова грузовиков. Затем аккуратно сдали назад, пока борта грузовиков не поравнялись с кольями, пленых приподняли и усадили задницами на остро заточенные древка и отпустили. Округу залил дикий, истошный крик, а каратели под свои собственным весом соскользнули на полметра вниз, пока не уперлись в перекладину и не остановились.
Теперь даже если вдруг после нашего ухода тут появятся немецкие врачи, то все равно они уже ни чем не смогут им помочь. Все внутренности превратятся в кашу, тут гуманней будет просто добить их. Послышались звуки рвоты, многих, в том числе и командиров рвало. А вот теперь настала очередь и их командира.
Тут мне можно сказать повезло, крупно повезло, конечно чисто по человечески мне было искренне жаль этого здорового, косая сажень в плечах бойца. Он оказался именно из этой самой деревни и в армию его призвали всего три недели назад. Оказавшись в передовом отряде, он с ужасом нашел свою убитую молодую жену перед амбаром. Когда привели пленных эсесовцев, то он чуть не убил их на месте, и вот теперь он делал эту грязную, но нужную работу.
Он был одним из тех кто опускал пленных на колья, а сейчас, после моих инструкций с мясницким тесаком, которым он раньше у себя дома рубил туши и который взял в своем собственном доме, подходил к Майселю. Тот, не смотря на влитые ему пол литра шнапса, испуганно пятился от него. Пара других ребят подхватила его, с него мигом срезали штаны и исподнее, затем перетянули веревками ноги и руки возле тела и положили на колоду для рубки дров.






