ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сумасшедший вояж сквозь бесчисленные солнца в надежде отыскать родной дом. Девушка из высокоразвитой расы, гордая, но вечно неудачливая, потерялась среди звёзд. Куда двигаться, если не знаешь, где твоя планета? Размышлять некогда — хватаешь первого встречного туземца в заложники, вдруг подскажет дорогу. Только пленник какой-то странный, ведёт себя нагло, но придётся терпеть. А тут ещё старые враги объявились… Звезданутые Матвей Курилкин Сумасшедший вояж сквозь бесчисленные солнца в надежде отыскать родной дом. Девушка из высокоразвитой расы, гордая, но вечно неудачливая, потерялась среди звёзд. Куда двигаться, если не знаешь, где твоя планета? Размышлять некогда — хватаешь первого встречного туземца в заложники, вдруг подскажет дорогу. Только пленник какой-то странный, ведёт себя нагло, но придётся терпеть. А тут ещё старые враги объявились… ==================== От автора От автора Как я уже упоминал, эта история — попытка отвлечься от угрожающей реальности. Мне это удалось, надеюсь, получится и у тех, кто ее прочтет. Хотя бы ненадолго. Поскольку для меня это эксперимент, — я таких несерьезных и оптимистических книг еще не писал, — то еще не знаю, будет ли продолжение. Во многом это зависит от тебя, дорогой читатель. Если тебе нравится — не поленись поставить лайк и написать комментарий. Мне будет не только приятно, но и полезно, а уж если ты подпишешься — я вообще буду доволен как слон. Заранее предупрежу — в процессе выкладки книга будет бесплатна, но после того, как выложу

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Во-первых, я все-таки разберусь, как эта штука работает, — он осторожно, держа руку на отлете, поднял откатившийся паутиномет. Во-вторых, надо тут все досмотреть. Только осторожно. Вдруг еще что-нибудь полезное найдем?!

— Что значит «еще что-нибудь полезное»? — возмутилась Тиана. — Когда говорят «еще», подразумевают, что до этого что-то полезное УЖЕ нашли. А я что-то такого не встретила!

— Ну как же! — удивился Герман. — А вот это? — он небрежно помахал чуть не убившей его металлической загогулиной. Их тут штук сто, на этой полке! Сейчас я разберусь, как она все-таки работает, и нужно будет забрать.

— Я сказала мы уходим! — потеряла терпение девушка. — На моем ликсе этой дряни не будет! И осматривать мы больше ничего не станем! Нам нужна только информация!

Лицо у Германа резко вытянулось, он спокойным голосом ответил:

— Как скажешь.

И замолчал. Развернулся и направился в коридор, через который они пришли в комнату. Тиана почему-то не почувствовала радости от победы в споре. Да и лицо у Германа стало каким-то отстраненным, будто он больше не рядом. Захотелось забежать вперед, заглянуть в лицо, объяснить, что она ужасно испугалась. Что он чуть не умер. Что таких опасных предметов на ликсе держать не стоит, и уж точно она не хочет, чтобы его еще раз облепило этой паутиной. Тиана представила себе, что было бы, если бы Герман не успел вывернуться, и его начало бы складывать в обратную сторону. «Я бы его просто не дотащила до медкапсулы до того, как он умер! И с какой стати я должна ему что-то объяснять?! Ведет себя, как неразумный ребенок!»

— Теперь пойдем в правый проход, — сказала Тиана, рассчитывая, что Герман начнет спорить, и выберет центральный, а она ему уступит, но парень только кивнул, и направился, куда указали.

«Ну и пусть дуется!» Решила Тиана.

О том, что они все-таки выбрали правый проход, девушка скоро пожалела.

— Лучше бы мы вообще сюда не ходили! — воскликнула она, когда поняла, что видит.

— Да уж. Развлечение перестает быть таким уж развлекательным, — голос спутника был глухим и тусклым.

Помещение было очень большим. Больше, чем оба предыдущих вместе взятые. И оно было полностью покрыто гнездами из паутины. Мягкие, как шелк, теплые, как пух. Гнезда были повсюду — на полу, на стенах — до того уровня, когда начинался отрицательный уклон. А на потолке висели несколько гобеленов с картинками. Это не агит-плакаты были. Просто веселые картинки с улыбающимся хелицерами восьмилапым солнышком, с зеленой травкой и белыми облачками, с милыми животными неизвестных видов.

— У нас такие в детских садах рисовали, — сказал Герман, а потом осекся. Он случайно задел ногой гнездо, оно перевернулось, и на пол высыпались хитиновые лапки. Осторожно заглянул в другое — оно тоже не пустовало. Они все не пустовали, эти гнезда.