ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В 2018 году Михаил Карпов, автор фантастики и бывший омоновский снайпер, разбивается в аварии. Очнувшись, он оказывается в 1970-м — именно тогда он родился. Герой бродит по Саратову, любуется прозрачной Волгой, ест мороженое, знакомое с детства, и силится понять, зачем Провидение отправило его сюда. Он подозревает, что высшие силы выбрали его не случайно, и, возможно, его долг — уберечь Советский Союз от распада. После раздумий Михаил принимает решение: он спасет СССР. А заодно вспоминает, что в Стране Советов писателю-фантасту живется куда сытнее.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Только избили так, что он стал инвалидом. Инсульт случился, после чего Курочкин ослеп и даже не мог говорить. Не знаю, наказали ли тех, кто его изувечил, но, даже если наказали, что это изменит? Скорее всего, ничего им за то не было. Отписались, прикрыли зад бумажками. Мол, напал на них. Милиция в этом времени неприкасаема. Ругают, кстати, 2018 год, мол, полиция беспределит. Так вот это полная чушь! Ментов нашего времени прижать – раз плюнуть! Вылетают из органов и садятся – просто со свистом! Не то что здесь…

Быстренько собравшись, выписался из гостиницы и потащился в метро. Нет, все-таки великолепная штука это самое метро! Жаль, что в Саратове нет такого чуда!

Домой. Скорее домой! Первый шаг сделан, посмотрим, во что это выльется…

***

Здесь странный запах. Пахнет… властью и всезнанием.

И немного – дорогим табаком и «Шипром». Потому что работник Комитета государственной безопасности должен быть чисто выбрит, а что лучше дезинфицирует после бритья, чем старый добрый «Шипр»?

А еще – здесь тишина. Ковровые дорожки гасят звук шагов, которые могли бы потревожить тех, кто решает судьбы миллионов людей. Сбить их с мысли. С государственной мысли.

На дверях кабинетов нет табличек – только номера. Кому надо, он и так знает, куда идти. А если не знает – здесь ему делать нечего. Впрочем, он и так не прошел бы дальше поста у входа в это здание, которое в народе называют «Серый дом». До революции здесь находилось страховое общество, после революции – ВЧК. И тюрьма. И, по слухам, которые ни подтверждают, ни опровергают работники КГБ, в этой тюрьме во времена оны регулярно проводились расстрелы заключенных. Что вполне вероятно – если есть особая внутренняя тюрьма, так почему не производить в ней расстрелы? Зачем для этого везти заключенных куда-то далеко? Потом только забросили трупы в грузовик да и отвезли на городское кладбище, где уже подготовлены номерные могилы. «И никто не узнает, где могилка моя!»

Не узнает. Как не узнает многого из того, что делало и делает КГБ. Да и незачем простому человеку знать, что делается и как делается для его же вящего блага. В некоторых случаях он может категорически не поверить, что вот ЭТО сделано для его блага.

Во времена сильной власти, когда страной железной рукой правил Вождь, эта служба, называвшаяся тогда НКВД, работала под строжайшим надзором вождя всех народов. Сейчас, когда власть генсека была не такой жесткой, когда правил страной добродушный, достаточно мягкотелый (в сравнении со своими предшественниками) человек, КГБ набрал большую силу. И хотел еще большей власти! Силовики всегда стремятся прийти к власти – ее много не бывает. Как, впрочем, и денег.

В кабинете сидели начальники отделов и Сам.