— К тому же я хотел немного другого. Не просто вернуться, а создать постоянно действующий мост. Для торговли, для экскурсий, может быть. Для обмена технологиями. Немного утопично, но не так уж нереально, мне кажется. Надо только понять, как работают аномалии.
— И вы готовы пожертвовать единственным, возможно, шансом на возвращение, ради призрачной надежды? — Валентина откинулась в кресле, насмешливо глядя на меня. — Журавль в небе вместо синицы в руках?
— Я бы назвал это венчурным инвестированием, — я глубоко вздохнул.
Возможно, это самообман. Да, у меня есть мама, и я обязательно должен передать ей весточку. Но ведь у меня есть, в конце концов, мой телефон. А кроме мамы… а кроме мамы у меня нет таких уж важных причин желать возвращения. Кто я там? Рядовой бизнесмен? Да мои партнёры наверняка уже наладили работу завода и без меня. Моя привычная жизнь? Да я её там просто прожигал. Я не делал ничего великого, или так уж общественно важного. Пара сотен человек, для которых я создал рабочие места? Они не приносили мне клятву на крови, найдут другую работу. Может быть, вспомнят добрым словом, а может быть и не вспомнят. Или обматерят. А здесь…
Я вспомнил тех ребят, Рому и Свету, которых мы вытащили из рухнувшего дома. Тамару и её маленькую Маечку. Того пацана из деревни, которого чуть на разорвал ящер. Здесь я могу что-то настоящее делать, спасать жизни, а не просто предлагать очередной мусорный товар очередным производителям ополосков, которые по какому-то недоразумению называются соком.
Валентина меня не торопила. Понимала, насколько тяжёлый я делаю выбор.
— А получится отправить туда один телефон? — наконец, спросил я. — У меня мой старый телефон, из того мира, с собой. Можно написать смс, или несколько, и как только там связь появится, они уйдут. Мне бы весточку маме отправить.
— Похоже на бутылку с письмом! — рассмеялась Валентина. — Но, думаю, должно сработать! Что ж, я рада, что вы приняли решение остаться. В таком случае…
— Простите, мы можем немного отложить продолжение разговора? — перебил я её. — Надо успокоить Майю, пока она глупостей не наделала каких-нибудь.
— Именно это и хотела вам предложить! — моя собеседница мотнула головой в сторону туалета. — Бегите, я подожду, время ещё терпит.
— Благодарю, — кивнул я.
— Мама, прости! — донёсся через дверь голос Майи.






