Пойду заниматься информацией, – ответил доктор и тут же покинул нас.
Я чуть задержался.
– Капитан Норвуд, очень неловко говорить такое, но Григорьев рекомендовал в случае чего прыгать не в сторону нашего рукава галактики, а ближе к ее центру. Там находится больше гравитационных привязок и шанс на то, что вы сможете стартовать еще раз, гораздо выше.
– Спасибо, наблюдатель, – кивнул Норвуд. – Я это знаю. В принципе, не все настолько страшно, как кажется. Даже если нам не удастся перейти обратно через эту аномалию, дальше вопрос окажется только во времени. Два года на перелет к Млечному Пути, пять-десять лет до ближайшей звезды, от которой можно будет уйти на изнанку, затем серия прыжков. В самом неприятном варианте наше возвращение займет лет двадцать. Жаль, что здесь нет темпоральных капсул, конечно.
– Признаться, я не думал обо всем этом в таком ключе.
– А я вот думал, – неожиданно улыбнулся капитан. – Почти месяц думал. Сначала, когда ситуация только возникла, она выглядела практически беспросветной. К счастью, более детальный анализ все же принес немного оптимизма. Двадцать лет – это серьезно… Но все же не приговор. Вдобавок есть неплохие шансы на то, что так много времени нам не потребуется, и через два-три года мы уже будем дома.
– Я надеюсь, что линкор все же доберется до перехода и вам не потребуется даже этот срок.
– Шансов мало, но, согласен, это было бы наилучшим вариантом, – кивнул Норвуд. – Ладно, наблюдатель, идите, спасайте доктора. Мы справимся.
Ученые появились у меня на борту примерно через час. Привели с собой трех личных помощников, нагруженных какими-то коробками, заняли ими половину свободного места в коридорах и шлюзах, после чего принялись гулять повсюду с хозяйским видом.
Такое поведение быстро вызвало у меня легкую злость, весьма усиливающуюся тем фактом, что Энни продолжала меня старательно игнорировать. Опять начинаются какие-то сложности, попытки манипуляций… Как же без этого, спрашивается… А здесь ведь сейчас, кроме нее, еще и беспринципный доктор вместе с мнящей про себя невесть что ассистенткой.
– Умник, закрой к дьяволу дверь в командный отсек. И никого не впускай внутрь.
– Так точно, кэп.
– А теперь уходим от линкора и отправляемся к расчетной точке появления нашей аномалии.
Оставшись в одиночестве, я вздохнул заметно спокойнее. Конечно, просидеть здесь целые сутки у меня не получится, но хотя бы несколько часов без раздражающего общества – и то хорошо.
Удалось даже немного вздремнуть, что снова настроило меня на благодушный лад. Впрочем, когда я вышел-таки к ученым, их сердитые лица и негодование по поводу закрытого отсека в очередной раз изрядно подпортили мне настроение.






